Утверждено постановлением президиума

Волгоградского областного суда

от 23.04.2025

 

ОБОБЩЕНИЕ

причин отмен и изменений Четвёртым кассационным судом общей юрисдикции итоговых судебных решений судов (мировых судей)

Волгоградской области по уголовным делам за 2024 год

 

Обобщение проведено в соответствии с Планом работы судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда на первое полугодие 2025 года.

В ходе обобщения проанализированы кассационные определения и постановления Судебной коллегии по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции, вынесенные в 2024 году, которыми отменялись или изменялись итоговые судебные решения мировых судей, районных (городских) судов г. Волгограда и Волгоградской области, апелляционные постановления и определения Волгоградского областного суда.

Целью обобщения является выявление по результатам проведения  анализа кассационной практики ошибок, допущенных мировыми судьями, судьями районных (городских) судов г. Волгограда и Волгоградской области, судьями Волгоградского областного суда при рассмотрении уголовных дел судом первой инстанции и в апелляционном порядке.

Анализ кассационной практики за 2024 год показал, что причинами отмены и изменения судебных решений стали:

I) существенные нарушения уголовного закона, допущенные:

- при квалификации действий осуждённых; 

-при назначении наказания, в том числе: несправедливость назначенного наказания вследствие чрезмерной мягкости или суровости; нарушения требований уголовного закона при назначении дополнительного наказания, при признании (непризнании) смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, при назначении наказания по совокупности преступлений и по совокупности приговоров);

- при назначении вида исправительного учреждения;

- при применении положений уголовного закона о зачёте в срок отбытия наказания в виде лишения свободы времени содержания под стражей, нахождения под домашним арестом и запретом определённых действий, исчислении срока отбывания наказания в виде лишения свободы;

- при принятии (непринятии) решения об освобождении осуждённого от уголовной ответственности;

- при рассмотрении вопроса о конфискации имущества в порядке, предусмотренном ст. ст. 104¹, 104² УК РФ;

II) существенные нарушения уголовно-процессуального закона:

- несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела (выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, либо содержат противоречия, не учтены обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда и итоговое решение по делу);

- неверная оценка представленных по делу доказательств;

- нарушения требований УПК РФ при рассмотрении гражданского иска;

- нарушения требований УПК РФ при рассмотрении вопросов, связанных с возмещением процессуальных издержек.

 

 

Нарушения, допущенные при квалификации

действий виновного лица

Квалификация действий виновного по ч. 4 ст. 111 УК РФ противоречит фактическим обстоятельством дела

По приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 6 апреля 2023 года З. осуждён за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 6 июня 2023 года приговор в части квалификации действий З. оставлен без изменения.

Изменяя приговор и апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что при правовой оценке действий осуждённого, суд первой инстанции не учёл, что после нанесения ударов по лицу потерпевшего З. никаких других действий, направленных на причинение ему телесных повреждений, не совершил, угроз не высказывал, удары были нанесены рукой без использования каких-либо предметов; не дал оценку характеру, локализации и механизму образования телесного повреждения, состоящего в причинно-следственной связи со смертью; не учел характер иных повреждений, вовсе не причинивших вреда здоровью и то, что телесное повреждение в виде тупой закрытой черепно-мозговой травмы потерпевший получил именно при падении, а не от ударов З. руками в голову (лицо).

Суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что, нанося В. удары рукой в голову (лицо), осуждённый не имел намерений причинить его здоровью тяжкий вред (эти удары сами по себе не причинили вреда его здоровью), он не предвидел возможности причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью (тупой закрытой черепно-мозговой травмы) и смерти, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть падение потерпевшего, которое могло повлечь вред здоровью, в том числе и опасный для жизни, а также наступление смерти.

Судебная коллегия по уголовным делам переквалифицировала действия З. с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ (дело № 77-875/2024).

По приговору Центрального районного суда г. Волгограда от 17 июля 2023 года Ш. осуждён за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 25 сентября 2023 года приговор в части квалификации действий Ш. оставлен без изменения,

Изменяя приговор и апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что, давая правовую оценку действиям Ш., суды первой и второй инстанций не учли, что осужденный, нанеся два удара рукой в голову потерпевшему, других действий, направленных на причинение ему телесных повреждений, не совершал, угроз не высказывал, удары были нанесены без использования каких-либо предметов; не приняли во внимание характер и локализацию черепно-мозговой травмы - в затылочной области, наличие ссадины в лобной области, образовавшейся от одного травматического касательного воздействия твердого тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью, не причинившей вред здоровью, что свидетельствует о получении смертельной травмы потерпевшим при падении навзничь и соударения затылочной областью головы о твердую плоскость плитки.

Проанализировав характер действий Ш., суд кассационной инстанции пришел к выводу, что, нанося потерпевшему Г. два удара рукой в лицо и височную область головы, осужденный не имел намерений причинить его здоровью тяжкий вред. Он не предвидел возможность причинения потерпевшему черепно-мозговой травмы и смерти, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть падение потерпевшего, которое могло повлечь вред здоровью, в том числе и опасный для жизни, а также наступление смерти.

Судебная коллегия по уголовным делам действия Ш. переквалифицировала с ч. 4 ст. 111 на ч. 1 ст. 109 УК РФ (дело № 77-1910/2024).

Выводы суда о квалификации

по ч. 1  ст. 111 УК РФ противоречат

исследованным доказательствам

По приговору Серафимовичского районного суда Волгоградской области от 11 марта 2024 года Б. осуждён по ч. 1 ст. 118 УК РФ.

Апелляционным приговором Волгоградского областного суда от 14 мая 2024 года приговор отменён,  Б. осуждён по ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Приходя к выводу о виновности осужденного Б. в умышленном причинении потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, суд апелляционной инстанции сослался на показания потерпевшего С. и свидетелей, подтвердивших, что Б. нанес удар локтем в лицо потерпевшему, от которого тот упал с высоты собственного роста, ударившись головой о твердое напольное покрытие; заключение судебно-медицинской экспертизы от 27 июня 2023 года № 322, согласно которому у С. обнаружена закрытая черепно - мозговая травма, включающая в себя телесные повреждения черепа и головного мозга, которые в совокупности квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; показания эксперта П., специалиста Д., подтвердивших выводы, изложенные в заключении судебно-медицинской экспертизы; а также другие письменные доказательства.

Отменяя апелляционной приговор, суд кассационной инстанции указал, что, при правовой оценке действий осужденного Б., суд апелляционной инстанции не учел, что Б., нанеся потерпевшему С. один удар локтем в лобную часть головы, никаких других действий, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не совершал, угроз причинить ему такой вред здоровью не высказывал. Суд фактически не учел того обстоятельства, что телесные повреждения в виде черепно-мозговой травмы потерпевший получил не непосредственно от действий осужденного, а при падении и ударе головой о напольное покрытие. Из приведенных в апелляционном приговоре доказательств не усматривается сведений, подтверждающих, что Б. предвидел возможность причинения потерпевшему черепно-мозговой травмы, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть падение потерпевшего, которое могло повлечь вред здоровью, опасный для жизни.

Изложенные в апелляционном приговоре выводы об агрессивном и провоцирующем поведении осужденного Б., длительное время занимавшегося боксом и борьбой, имеющего профессионально поставленный удар, нанесении им удара со значительной силой, фактически не опровергают выводов эксперта о характере полученной С. закрытой черепно-мозговой травмы, а ссылка суда апелляционной инстанции на то, что потерпевший мог упасть на пол не только с высоты собственного роста, не основана на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Апелляционный приговор отменен, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-3219/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции 28 января 2025 года приговор в отношении Б. в части квалификации действий осужденного оставлен без изменения.

Причинение телесных повреждений потерпевшему

в момент реальной опасности за свою жизнь и жизнь

ребёнка свидетельствует о необходимой обороне

По приговору Советского районного суда г. Волгограда от 11 мая  2022 года Ф. осуждена по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда от 3 июля 2023 года приговор изменён, действия Ф. переквалифицированы на ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Изменяя приговор, суд апелляционной инстанции указал, что действия потерпевшего (нанесение многочисленных ударов, высказанная угроза физической расправы) давали осуждённой Ф. все основания полагать, что в отношении неё совершается общественно опасное посягательство, которое послужило побудительным мотивом к применению ножа. Между тем, поскольку посягательство не было сопряжено с насилием, опасным для жизни Ф. и её дочери, и угрозой применения такого насилия, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о нанесении Ф. ножевых ранений потерпевшему с превышением пределов необходимой обороны.

Суд кассационной инстанции, не согласившись с выводами суда апелляционной инстанции, указал, что ответственность за превышение пределов необходимой обороны наступает только в том случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства. В судебном заседании Ф., чьи показания согласуются с показаниями свидетелей, утверждала, что она нанесла удар потерпевшему, поскольку испугалась и опасалась за безопасность себя и своей малолетней дочери. Кроме того, совокупность стремительных действий находящегося в состоянии алкогольного опьянения потерпевшего, связанных с нанесением в ночное время множественных ударов по голове, телу и конечностям Ф., препятствование вызову полиции и обращению за помощью (выхватил и разбил телефон), высказанные им в адрес Ф. и её дочери угрозы физической расправы, которые, учитывая агрессивное поведение потерпевшего, они воспринимали как действительные, свидетельствуют о реальной угрозе жизни как самой Ф., так и жизни её малолетней дочери.

Суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что Ф. нанесла потерпевшему два удара ножом в момент реальной опасности за свою жизни и жизнь своего ребёнка с целью спасения от агрессивного и яростного посягательства со стороны потерпевшего, что в соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ не образует состава преступления.

Судебная коллегия отменила приговор и апелляционное определение, вынесенное в отношении Ф., прекратив уголовное дело в связи с отсутствием в действиях Ф. состава преступления (дело № 77-3581/2023).

Выводы суда о квалификации действий виновного

по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ не подтверждены

исследованными доказательствам

По приговору Городищенского районного суда Волгоградской области от 19 сентября 2023 года Г. осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ. Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 20 декабря 2023 года приговор в части квалификации действий Г. оставлен без изменения.

Из приговора следует, у Г. возник словесный конфликт с потерпевшим и неустановленными лицами, в ходе которого Г., действуя умышленно, произвёл  выстрел в область груди К. из пистолета «Гроза-031» калибр 9 мм, причинив ему слепое пулевое проникающее ранение правой половины грудной клетки, которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Действия Г. квалифицированы как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением оружия.

Проанализировав фактические обстоятельства дела, суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что судом нарушены требования ч. 1 ст. 88 УПК РФ, ненадлежащим образом оценены представленные доказательства в их совокупности на предмет их достаточности для квалификации действий Г. по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Так, судом первой инстанции установлено, что Г. действовал с прямым умыслом на причинение потерпевшему К. телесных повреждений, поскольку не только осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления опасных последствий, но и желал их наступления. Вместе с тем, из показаний Г. следует, что, когда он с братом находился на поле, на них напала толпа рабочих, вооружённых палками. В этот момент он вытащил из кобуры пистолет и выстрелил в землю, но люди не успокоились, стали ещё агрессивнее. Он хотел выстрелить в воздух, но в это время его  кто - то толкнул в спину и произошёл выстрел. После этого он увидел рану у потерпевшего, сразу оказал ему помощь и повёз в больницу. Таким образом, осуждённый  в суде первой инстанции отрицал наличие у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью К.

Судом в качестве доказательств виновности Г. приведены показания потерпевшего К., который показал, что в ходе конфликта с рабочими Г. взял пистолет, после чего выстрелил в землю и в воздух. В этот момент он почувствовал боль от попадания в него пули, Г. в него не стрелял, все произошло случайно.

Допрошенные свидетели подтвердили обстоятельства конфликта осуждённого с рабочими в количестве 7-10 человек, вооружёнными палками, а также факт ранения К. от выстрела, указав на то, что осуждённый ни в кого не целился. После ранения потерпевшему была оказана помощь, он был доставлен в больницу.

Приведённые в приговоре доказательства свидетельствуют о том, что Г. взял пистолет в руки только после того, как конфликтную ситуацию с рабочими не удалось урегулировать путём разговоров и у него отобрали палку, которой он отбивался. Кроме того, ни одно из полученных доказательств не указывает на наличие конфликта Г. именно с К., и то обстоятельство, что осуждённый целился и стрелял в сторону потерпевшего.

Судебная коллегия пришла к выводу, что изложенная в приговоре совокупность доказательств является недостаточной, чтобы согласиться с правовой оценкой действий Г. по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ. Кроме того, судом первой инстанции не проверялась версия о действиях Г. в состоянии необходимой обороны либо при превышении её пределов с учётом  необходимости защиты последним своей жизни и здоровья. Каких-либо выводов по этому поводу в приговоре не приведено. Однако, из материалов уголовного дела следует, что нападавшие на Г. рабочие были агрессивно настроены, некоторые вооружены палками.

Апелляционное определение отменено, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд второй инстанции (дело № 77-1180/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции 30 июля 2024 года приговор в отношении Г. изменён, его действия переквалифицированы на ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Излишняя квалификация по признаку

получения взятки «в значительном размере»

По приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 25 августа 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 2 ноября 2023 года, С. осуждён по ч. 3 ст. 290 УК РФ (11 преступлений), ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 290 УК РФ, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (2 преступления).

Изменяя приговор и апелляционное определение, суд кассационной инстанции отметил, что при квалификации действий С. по факту получения взятки в размере 15 000 рублей от  К. в период с 25 июля 2022 года по 31 декабря 2022 года суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора ошибочно указал на её значительный размер. Вместе с тем, данный квалифицирующий признак ст. 290 УК РФ органом предварительного следствия по этому преступлению С. не вменялся.

Судебная коллегия исключила из описательно-мотивировочной части приговора указание на данный квалифицирующий признак, оставив приговор в части назначенного наказания без изменения (дело № 77-1007/2024).

Исключение квалифицирующего признака кражи

«с незаконным проникновением в помещение» противоречит

фактическим обстоятельствам дела

По приговору Дубовского районного суда Волгоградской области от 9 ноября 2023 года В. осуждён по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 119 УК РФ (2 преступления).

Согласно установленным судом обстоятельствам преступления В. незаконно проник в летнюю кухню потерпевшей Г., откуда похитил продукты питания на общую сумму 2703 рубля.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 8 февраля 2024 года приговор изменен. Суд апелляционной инстанции посчитал, что квалифицирующий признак «с незаконным проникновением в помещение» В. вменен необоснованно, поскольку каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии у летней кухни, в которую проник В., признаков строения, предназначенного для размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях, не установлено. Действия В. переквалифицированы судом апелляционной инстанции на ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Суд кассационной инстанции, не согласившись с выводами суда апелляционной инстанции, указал, что для признания строения, из которого совершено хищение,  помещением, временное нахождение в нём людей не предполагает в обязательном порядке обусловленность производственными или иными служебными целями. В частности, временное нахождение людей является альтернативным признаком размещению материальных ценностей в производственных и служебных целях, как одно из условий признания строения и сооружения помещением.

В соответствии с показаниями потерпевшей Г. на территории её домовладения имеется летняя кухня, запирающаяся на навесной замок, в которой она готовит еду и хранит продукты питания. В помещении кухни имеются холодильник и шкаф, в которые она сложила продукты, а в последующем обнаружила их пропажу. Согласно протоколу осмотра места происшествия в летней кухне зафиксировано наличие холодильника и шкафа для хранения вещей и продуктов, газовой плиты для приготовления пищи, стола и стульев для использования в быту.

Судебная коллегия по уголовным делам отменила апелляционное определение в отношении В., передав уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-1542/2024). Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 13 августа 2024 года приговор в отношении В. оставлен без изменения.

Действия виновного лица, связанные  с удержанием

 потерпевшей в автомобиле и совершением насильственных

действий сексуального характера,  излишне квалифицированы

как незаконное лишение свободы человека,

не связанное с его похищением

По приговору Палласовского районного суда Волгоградской области от 12 января 2024 года Т. осуждён по ч. 1 ст. 132 УК РФ, ч. 1 ст. 127 УК РФ. Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 13 марта 2024 года приговор в части квалификации действий Т. оставлен без изменения.

Из описательно-мотивировочной части приговора следует, что Т., находясь в салоне автомобиля «Шевроле Круз», с целью удовлетворения своих сексуальных потребностей попытался поцеловать потерпевшую Т. и совершить в отношении неё иные действия сексуального характера, однако последняя стала оказывать активное сопротивление и пыталась выйти из автомобиля. Т., заблокировав двери автомобиля и удерживая потерпевшую, совершил в отношении неё иные действия сексуального характера с применением насилия и угрозой его применения.

Действия Т., связанные с удержанием потерпевшей в автомобиле и совершением насильственных действий сексуального характера,  квалифицированы судом по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 132 УК РФ и ч. 1 ст. 127 УК РФ (незаконное лишение свободы человека, не связанное с его похищением).

Не соглашаясь с выводами суда в части квалификации действий Т. по ч. 1 ст.127 УК РФ, суд кассационной инстанции указал, что объективная сторона данного преступления состоит в незаконных действиях, выражающихся в лишении потерпевшего возможности свободы передвижения, выбора им места нахождения, общения с другими лицами. Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла, направленного на лишение человека свободы. Из приведённых в приговоре показаний потерпевшей Т., признанных судом достоверными, следует, что изначально у осуждённого Т. имелось намерение на совершение в отношении потерпевшей действий сексуального характера, которые и были реализованы, а его действия по удержанию потерпевшей в автомобиле являлись формой насилия и были обусловлены целью создать необходимые условия для таких действий. В данном случае  квалификация действий Т. по ч. 1 ст. 127 УК РФ является излишней.

Судебная коллегия по уголовным делам изменила приговор и апелляционное определение в отношении Т., исключив его осуждение по ч. 1 ст. 127 УК РФ и указание о назначении наказания по правилам ч. 3 с. 69 УК РФ (дело №  77-2034/2024).

Действия виновного лица, связанные с подделкой, изготовлением,

хранением поддельных документов и печатей, подлежали

самостоятельной правовой оценке

По приговору Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 5 декабря 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 5 марта 2024 года, Л. осуждён по ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Как следует из материалов дела, Л. самостоятельно изготовил доверенности, предоставляющие ему соответствующие права от имени юридических лиц, на которых поставил оттиски поддельных печатей, ранее приобретённых у производственной компании «Ш». Таким образом, Л. подделал документы, дающие ему права на представление интересов юридических лиц без ведома и одобрения руководителей, которые хранил с целью использования для облегчения совершения нового преступления - хищения автомобилей, принадлежащих ООО «СТА» и ООО «Т». Далее, при обращении в МРЭО ГИБДД ГУ МВД России Л. предоставил заявления о получении дубликатов паспортов транспортных средств, приобщив к ним пакет документов, в том числе заведомо подделанные им доверенности. На основании указанных документов Л. были выданы дубликаты паспортов транспортных средств на автомобили, принадлежащие ООО «СТА» и ООО «Т».

Органом предварительного следствия действия Л. квалифицированы по ч. 4 ст. 327 УК РФ, как подделка, изготовление и хранение поддельных документов и печатей, в целях использования, то есть поделка и хранение официальных документов, предоставляющих права, в целях их использования, а также приобретение и хранение в тех же целях печатей, совершённые с целью облегчить совершение другого преступления.

Судом первой инстанции из обвинения Л. исключена ч. 4 ст. 327 УК РФ, с указанием на то, что действия последнего по изготовлению хранению поддельных документов и печатей фактически являлись продолжением его преступных деяний, которые охватывались единым умыслом, направленным исключительно на достижение единой цели по завладению чужим имуществом - транспортными средствами, а подделка доверенностей от имени этих организаций и изготовление печатей, а также их хранение - способом совершения мошенничества.

Рассматривая дополнительное апелляционное представление, поданное по истечении срока обжалования приговора, содержащее требования о незаконности приговора в данной части, суд апелляционной инстанции прекратил производство по нему, поскольку данные доводы об ухудшении положения осужденного не содержались в первоначальном представлении.

Суд кассационной инстанции, проверяя законность приговора, в том числе по доводам  кассационного представления о необоснованном исключении из обвинения ч. 4 ст. 327 УК РФ, пришел к выводу, что действия Л., связанные с подделкой, изготовлением, хранением поддельных документов и печатей, носили умышленный характер и совершались с целью последующего их использования для хищения автомобилей, что подтверждается доказательствами, приведёнными в приговоре. Указанные действия Л. согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», подлежали самостоятельной правовой оценке и квалификации по ч. 4 ст. 327 УК РФ, как и вменялось органом предварительного расследования.

Судебная коллегия по уголовным делам отменила приговор и апелляционное определение, вынесенные в отношении Л., передав уголовное на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции  (дело № 77-2566/2024).

При повторном рассмотрении уголовного дела Л. осуждён по ч. 3 ст. 327 УК РФ, ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 4 ст. 160 УК РФ (приговор Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от  10 марта 2025 года).

 

Действия соучастников, непосредственно не применявших

предметы в качестве оружия, подлежали оценке

по правилам ст. 36 УК РФ об эксцессе исполнителя

 

По приговору Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 14 августа 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 31 октября 2023 года, С., Л. и Ш. осуждены за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ.

Согласно  установленным судом первой инстанции обстоятельствам преступления,  С. и Ш., действуя совместно с Л., умышленно причинили потерпевшему Т. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, группой лиц. В ходе совершения  преступления Л. нанёс не менее двух ударов битой в область головы потерпевшего, Ш. и С. - не менее четырёх ударов руками и ногами каждый в область головы и тела Т. При этом, использование Л. биты в качестве оружия было очевидно для С. и Ш., которые вместе с ним наносили удары Т., преследуя цель причинения ему тяжкого вреда здоровью.

Вышеуказанные действия Л., С. и Ш. квалифицированы судом первой инстанции по п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, группой лиц.

Изменяя приговор и апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что, квалифицировав действия С. и Ш. по признаку «с применением предмета, используемого в качестве оружия», суд не учёл, что наличие умысла на применение такого предмета в отношении всех соучастников должно быть установлено в судебном заседании, подтверждено доказательствами и отражено в приговоре. В противном случае, исходя из недопустимости объективного вменения, действия соучастников, непосредственно не применявших оружие или предметы в качестве оружия, подлежат уголовно-правовой оценке по правилам ст. 36 УК РФ.

Судебная коллегия пришла к выводу, что доказательств, свидетельствующих о применении С. и Ш. в ходе избиения потерпевшего биты, наряду с осуждённым Л., не установлено. Объективных сведений о наличии предварительной договорённости между указанными лицами об использовании биты (или иного предмета) при причинении тяжкого вреда здоровью Т. не имелось. Напротив, в ходе судебного следствия установлено, что бита была приискана Л. на месте совершения преступления из автомобиля, на котором осуждённые приехали к потерпевшему, и использована Л. в процессе конфликта с потерпевшим, что свидетельствует о том, что действия Л. носили ситуационный характер.

Суд кассационной инстанции исключил из осуждения С. и Ш. квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», смягчил назначенное осужденным наказание (дело № 77-2015/2024).

Умысел соучастников организованной группы на незаконный сбыт наркотического средства не был доведён до конца по независящим

от них обстоятельствам, в связи с чем их действия следовало

квалифицировать  как неоконченное преступление

 

По приговору Центрального районного суда г. Волгограда от 19 июня 2023 года (с учётом изменений, внесённых апелляционным определением Волгоградского областного суда от 19 сентября 2023 года) А. и П. осуждены по п. «а» ч. 4 ст. 228¹ УК РФ (2 преступления), ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228¹ УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а», «г» ч. 4 ст. 228¹ УК РФ; Ф. осуждён по п. «а» ч. 4  ст. 228¹ УК РФ.

Из установленных судом обстоятельств совершении Ф., А. и П. преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (эпизод от 15 марта 2021 года), следует, что Ф., действуя в составе организованной группы совместно с А. и П., выполняя отведённую ему роль, сокрыл в тайник  наркотическое средство каннабис (марихуана) массой 1,46 грамма, а сведения о местонахождении оборудованного тайника с наркотическим средством с целью незаконного сбыта разместил на сайте «Hydra». Однако, наркотическое средство не было сбыто в связи с его изъятием сотрудниками полиции.

Указанные действия осуждённых квалифицированы судом первой инстанции по п. «а» ч. 4 ст. 228¹ УК РФ как оконченное преступление, с чем согласился суд апелляционной инстанции.

Изменяя приговор и апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что сокрытое наркотическое средство было изъято сотрудниками полиции. Распространение наркотических средств осуществлялось организованной группой бесконтактным способом. Каких-либо доказательств того, что сведения о местонахождении тайника были переданы непосредственным приобретателям наркотического средства, в материалах дела не имеется. В описании преступного деяния отсутствуют данные о том, что место организации тайника с наркотическим средством было заранее оговорено с их приобретателями, либо информация об этом тайнике «закладке» была доведена до сведения конкретных потребителей. Объективные данные, свидетельствующие о взаимодействии программного обеспечения указанного в приговоре интернет-магазина с приобретателями наркотических средств без участия оператора (передачи информации о тайниках), в деле отсутствуют и в приговоре не приведены.

Суд кассационной инстанции переквалифицировал действий А., П., Ф. по данному эпизоду на ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228¹ УК РФ и смягчил наказание (дело № 77-1308/2024).

Выводы суда относительно размера наркотического

средства  не подтверждаются доказательствами,

исследованными в судебном заседании

По приговору Камышинского городского суда Волгоградской области от 1 ноября 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 12 марта 2024 года, Р. осуждён по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Отменяя апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что судом апелляционной инстанции не устранены сомнения в выводах суда первой инстанции о размере наркотического средства, незаконно приобретенного Р.

Согласно приговору наркотическое средство, которое незаконно приобрёл Р., состоит из бумажного фрагмента и содержащегося в нём наркотического средства d-Лизергид (ЛСД, ЛСД-25), массой 0,07448 грамм, то есть в крупном размере. При этом из приговора не следует, относится ли указанная масса к фрагменту бумаги или же к наркотическому средству, она определена специалистом и экспертом путём взвешивания бумажного фрагмента, а не наркотического средства. Специалистом обращено внимание на то, что объект обладает развитой поверхностью, его масса может меняться как в сторону уменьшения, так и в сторону увеличения в зависимости от влажности воздуха, способов упаковки, условий хранения и транспортировки. В результате проведённых исследований именно на поверхности указанного объекта массой 0,07448 грамм (бумажного фрагмента) было обнаружено наркотическое средство - d-Лизергид (ЛСД, ЛСД-25), но его масса отдельно от объекта не устанавливалась.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что суд первой инстанции исходя из выводов специалиста и эксперта установил лишь массу перфорированной бумаги, а не обнаруженного на её поверхности наркотического средства, оставив без оценки выводы о том, что такая масса может меняться под воздействием внешней среды.

 

Апелляционное определение отменено, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд апелляционной инстанции (дело №77-1942/2024).

По итогам повторного рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке  27 августа 2024 года приговор в отношении Р. отменён, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Постановлением Камышинского городского суда Волгоградской области от 13 января 2025 года уголовное дело в отношении Р. прекращено на основании ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Аналогичные нарушения, связанные с установлением массы наркотического средства - d-Лизергид (ЛСД, ЛСД-25), выявлены судом кассационной инстанции по уголовному делу в отношении К., осуждённого по приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 26 октября 2023 года (дело № 77-1561/2024).

Фактическое скачивание и просмотр кем-либо из пользователей сети «Интернет» размещенных для распространения файлов с порнографическими изображениями не являются юридически значимым обстоятельством для квалификации  по ст. 242, 242.1 УК РФ

Приговором Красноармейского районного суда г. Волгограда от 23 ноября 2023 года Н. осужден по п. «а», «г» ч. 2 ст. 242.1, п. «б» ч. 3 ст. 242 УК РФ.

Согласно установленным судом обстоятельствам преступления Н., используя сеть «Интернет», поместил графические файлы, содержащие изображения половых органов лиц мужского и женского пола, сцены суррогатных форм половой активности, сцены орально-генитальных сношений лиц мужского и женского пола, являющиеся продукцией порнографического характера, в папку «Р.», достоверно зная, что данная папка находится в свободном доступе для неопределенного круга лиц.

Апелляционным определением Волгоградского областного суда от  1 марта  2024 года приговор в отношении Н. отменен, производство по уголовному делу по п. «а», «г» ч. 2 ст. 242.1, п. «б» ч. 3 ст. 242 УК РФ прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

Суд апелляционной инстанции указал, что органами следствия не установлены и судом в приговоре не приведены доказательства, свидетельствующие о том, что видеофайлы были распространены осужденным, то есть, получены третьими лицами в результате его целенаправленных действий. Сам осужденный отрицал наличие у него умысла на распространение порнографических материалов. Иных доказательств, подтверждающих наличие субъективной стороны преступлений, стороной обвинения не представлено, судом в приговоре отражено не было.

Отменяя апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что суд апелляционной инстанции не дал юридическую оценку тому, что согласно диспозициям ст. 242, 242.1 УК РФ инкриминируемые Н. преступления не предполагают в качестве обязательного признака фактическое скачивание и просмотр кем-либо из пользователей сети «Интернет» размещенных для распространения файлов с порнографическими изображениями. Размещая в свободном доступе соответствующие файлы, достаточно понимания осужденным, что они могут быть скачаны и просмотрены неопределенным кругом лиц

Кроме того,  суд апелляционной инстанции не принял во внимание показания Н., данные на стадии предварительного следствия, о том, что он знал, что программа «StrongDC++», установленная на его компьютер, «раздавала» файлы, хранящиеся на жёстком диске в созданной им папке неопределённому кругу лиц. Н. знал о нахождении в папке файлов с порнографическими изображениями, в том числе несовершеннолетних, которые аналогичным образом скачивал у неизвестных пользователей указанного программного обеспечения.

Согласно показаниям эксперта К. пользователь сети «StrongDC++» самостоятельно определяет каталог с файлами, который будет доступен для других пользователей. Раздача файлов в программе другим пользователям возможна только в результате целенаправленных и осознанных действий пользователя по соответствующей настройке программного обеспечения и помещения в соответствующую папку распространяемых файлов, что и было сделано Н.

Согласно проведённому оперативно-розыскному мероприятию «Сбор образцов для сравнительного исследования» именно у пользователя сети «StrongDC++» Н. с ником «Мау_В» в результате свободного мониторинга сети «Интернет» были обнаружены в открытом доступе файлы с порнографическими изображениями, в том числе несовершеннолетних. Каких-либо действий, направленных на ограничение или запрет доступа сторонних лиц к этим файлам Н. не выполнял.

Уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд апелляционной инстанции (дело №77-1476/2024).

При повторном апелляционном рассмотрении 29 июля 2024 года приговор в отношении Н. в части квалификации его действий оставлен без изменения.

 

Судом не дана оценка доводам потерпевшего о наличии

в действиях виновного более тяжкого состава преступления

 

По приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 22 августа 2023 года  Е.  осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ. Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 13 ноября 2023 года приговор в части квалификации действий Е. оставлен без изменения.

           Суд кассационной инстанции указал, что в апелляционной жалобе представителя потерпевшего Т. содержались доводы о том, что фактические обстоятельства уголовного дела свидетельствуют о совершении Е. более тяжкое преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, о чём свидетельствуют множественные ножевые ранения, нанесённые Е., в том числе в жизненно-важные органы, которые привели к развитию состояния,  угрожающего жизни потерпевшего, обширной кровопотери и геморрагическому шоку 2 степени, а впоследствии к удалению правой почки. При этом причиной, по которой осуждённый Е. не завершил реализацию своего преступного умысла, стало активное сопротивление потерпевшего, помощь свидетелей в оказании сопротивления, своевременное оказание медицинской помощи.

           Указанным доводам судом апелляционной инстанции не дано надлежащей оценки.

           Кроме того, судебной коллегией отмечено, что суд апелляционной инстанции по итогам судебного разбирательства пришёл к противоречивым выводам, с одной стороны, указав о верной квалификации действий Е. по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, а с другой, привёл в определении суждения относительно возможности нанесения Е. телесных повреждений потерпевшему с целью его убийства.

Суд кассационной инстанции посчитал, что выводы суда апелляционной инстанции об  отсутствии оснований для квалификации действий Е. по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, и возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке ч. 1 п. 6 ст. 237 УПК РФ, являются необоснованными и преждевременными.

           Апелляционное определение отменено, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд апелляционной инстанции (дело 77-2087/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции приговор в отношении Е. отменён, уголовное дело на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору г. Волжского Волгоградской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Выводы суда о совершении преступления общеопасным

способом не подтверждаются полученными доказательствами;

умыслом виновного не охватывалось незаконное хранение

огнестрельного оружия и боеприпасов

По приговору Иловлинского районного суда Волгоградской области от 22 июня 2023 года К. осуждён по ч. 2 ст. 167 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ. Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 6 сентября 2023 года приговор в части квалификации действий К. оставлен без изменения,

Из приговора следует, что К., используя огнестрельное оружие – карабин и не менее двух боеприпасов к нему, умышленно, осознавая, что стрельбой из огнестрельного оружия он способен причинить смерть, вред здоровью или иные тяжкие последствия, как жителям дома, так и хотя бы одному постороннему лицу, которое случайно могло находиться на указанных участках местности и попасть в сектор его стрельбы, произвёл отстрел коровы и быка, что привело к их гибели.

В тот же день, К. при неустановленных обстоятельствах и месте приобрёл не менее двух патронов калибра к этому оружию.  Указанный карабин и патроны К. положил в салон автомобиля, где незаконно хранил и перевозил по территории населённого пункта.

Суд кассационной инстанции, изменяя судебные решения, указал следующее.

Под общеопасным способом следует понимать такой способ умышленного уничтожения имущества, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни человека (например, путём взрыва, поджога, производства выстрелов в местах скопления людей и т.д.). Для признания способа общеопасным необходимо наличие на месте совершения деяния людей, установить их расположение относительно объекта преступного посягательства, характеристики огнестрельного оружия, дальность выстрела, его направление, особенности заряда (дробь, пуля и т.д.), а также другие обстоятельства, которые могли создать угрозу жизни и здоровью людей.

Из содержания протокола осмотра места происшествия и схемы с географическими координатами к нему следует, что наличие людей в секторе (направлении) стрельбы не установлено, само направление выстрелов (в сторону домов или населённого пункта) не определено, следственные действия в целях установления этих обстоятельств не проводились. Вывод суда о расположении на некотором расстоянии жилого дома и проезжей части дороги от места преступления, учитывая одиночные прицельные (а не хаотичные) выстрелы с близкого расстояния до целей, не свидетельствует о наличии какой-либо угрозы посторонним лицам.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для квалификации действий К. по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Проверяя законность выводов суда части квалификации действий К. по ч. 1 ст. 222 УК РФ, суд кассационной инстанции указал, что, квалифицируя действия К. по признаку незаконного приобретения боеприпасов, суд не учёл, что по делу не установлено место и иные обстоятельства незаконного приобретения двух патронов калибра 5,6 мм, в то время как указанные обстоятельства подлежат обязательному доказыванию при производстве по уголовному делу. Доказательств того, что К. осуществлял сокрытие карабина и двух патронов в каких-либо помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность, также не представлено.

Учитывая обстоятельства совершения преступления – временное завладение оружием, фактическое его нахождения в пользовании других лиц, нахождение этого огнестрельного оружия и боеприпасов к нему (не менее двух патронов) в автомобиле во время их незаконной перевозки, суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что умыслом осуждённого не охватывалось незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему и их сокрытие, а он осуществил их незаконную перевозку к месту совершения иного преступления.

Приговор и апелляционное постановление в отношении К., изменены, действия К. переквалифицированы с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ; из осуждения по ч. 1 ст. 222 УК РФ исключены признаки преступления – незаконное хранение огнестрельного оружия, незаконные приобретение и хранение боеприпасов к нему, назначенное наказание смягчено (дело № 77-454/2024).

Аналогичные нарушения установлены судом кассационной инстанции по уголовному делу в отношении М., осуждённого по приговору Дзержинского районного суда г. Волгограда от 13 января 2023 года  (с учётом апелляционного определения Волгоградского областного суда от 10 мая 2023 года) по ч. 1 ст. 222 УК РФ, ч. 2 ст. 222 УК РФ, ч. 2 ст. 213 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Судом кассационной инстанции по результатам рассмотрения дела принято решение о переквалификации действий М. с ч. 2 ст. 222 УК РФ на ч. 1 ст. 222 УК РФ (незаконные ношение и передача огнестрельного оружия), с исключением признака незаконного хранения огнестрельного оружия ввиду отсутствия доказательств совершения этих действий.

Кроме того суд кассационной инстанции не усмотрел в действиях М. совокупности преступлений по эпизодам с огнестрельным оружием и боеприпасами,  квалифицировав их как одно длящееся преступление по ч. 1 ст. 222 УК РФ (незаконное хранение боеприпасов, незаконные ношение и передача огнестрельного оружия) (дело №   77-722/2024).

Выводы суда апелляционной инстанции о применении

насилия  не с целью удержания похищенного не

соответствуют фактическим обстоятельствам дела

По приговору Камышинского городского суда Волгоградской области от 31 января 2024 года О. осуждена по ч. 1 ст. 115 УК РФ, п. «г» ч. 2  ст. 161 УК РФ.

Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 2 мая 2024 года приговор изменён, действия О. переквалифицированы с п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ на ч. 1 ст. 161 УК РФ.

Согласно приговору О. нанесла П. удары кулаком и ногами по голове, причинив ей телесные повреждения, квалифицирующиеся как лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Кроме того, руководствуясь корыстными мотивами, О. открыто похитила у потерпевшей П. из находящейся при ней сумки кошелёк с банковскими картами, после чего, услышав в свой адрес претензии от П. по поводу совершённых противоправных действий, с целью удержания похищенного при себе, нанесла потерпевшей удар рукой в область головы, от чего П. испытала физическую боль, тем самым применив насилие, не опасное для здоровья.

Суд апелляционной инстанции, переквалифицировав действия О. на ч. 1 ст. 161 УК РФ, указал, что потерпевшая в ходе предварительного следствия и в судебном заседании последовательно показывала, что не видела, как О. завладела её банковскими картами, лежащими в кошельке. При этом фраза П., адресованная осуждённой, о том, что последняя пожалеет о содеянном, не связана с действиями О. по хищению банковских карт потерпевшей. Суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что удар по голове потерпевшей после произнесения вышеназванной фразы, который был расценен как насилие, связанное с хищением чужого имущества, осуждённая нанесла в продолжение возникшего между ними межличностного конфликта, а не с целью завладения банковскими картами.

Суд кассационной инстанции с данными выводами суда апелляционной инстанции не согласился, указав, что в судебном заседании суда первой инстанции оглашены показания потерпевшей П., согласно которым она видела, как девушка, её избивавшая, достала из её сумки кошелёк и на её фразу о том, что та пожалеет, нанесла ей по голове ещё один удар. Оценка данным показаниям потерпевшей судом апелляционной инстанции при принятии решения о переквалификации не дана.

Суд кассационной инстанции отменил апелляционное определение, передав уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-3480/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции 21 января 2025 года приговор в отношении О. оставлен без изменения.

Установленные судом фактические обстоятельства дела

относительно размера задолженности по алиментам имеют

существенные противоречия

По приговору Иловлинского районного суда Волгоградской области от 6 июня 2023 года, оставленному без изменения апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 31 июля 2023 года, М. осуждён по ч. 1 ст. 157 УК РФ.

Судом кассационной инстанции отмечено, что описание преступного деяния содержит противоречия, которые не устранены, в том числе по результатам рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке. 

Так, в описательно-мотивировочной части приговора судом первой инстанции указано, что  в период с 31 августа 2022 года по 28 ноября 2022 года М. осуществлял неофициальную трудовую деятельность, за которую получал около 10 000 рублей ежемесячно. Однако размер задолженности по алиментам определён в размере 48 986, 55 рублей, исходя из среднемесячной заработной платы в Российской Федерации, что следует из постановления о расчёте задолженности по алиментам от 28 ноября 2022 года, составляющей 62 200 рублей, а не из фактического заработка осуждённого, равного 10 000 рублей. 

При этом из приведённых в приговоре доказательств не усматривается, что доказан факт осуществления неофициальной трудовой деятельности М. и получение заработка в размере 10 000 рублей. Данные сведения содержатся лишь в показаниях судебного пристава - исполнителя К., тогда как сам М. при допросе в судебном заседании сообщил, что его доход от неофициальной трудовой деятельности за период с 31 августа 2022 года по 28 ноября 2022 года составлял 4 000 - 5 000 рублей и с размером задолженности по уплате алиментов он не согласен.

Кроме того, в приговоре указано, что М. произведена оплата алиментов 6 октября 2022 года в сумме 5 000 рублей, 9 ноября 2022 года - 5 000 рублей, 18 ноября 2022 года - 2 500 рублей, однако указанные обстоятельства не усматриваются из приведённых судом доказательств в той форме, в которой они отражены в приговоре. Противоречия относительно размера задолженности по алиментам, который входит в предмет доказывания согласно ст. 73 УПК РФ, судом не устранены.

Более того, судом первой инстанции  проигнорированы разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении  от 22 декабря 2022 года № 39 «О судебной практике по уголовным делам о неуплате средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст. 157 УК РФ)»,  согласно которым при описании деяния, признанного судом доказанным, в частности, необходимо указать: период, за который не уплачивались алименты; период неуплаты алиментов (уклонения в течение двух и более месяцев подряд); период события преступления.

Суд, вынося приговор спустя более 5 месяцев после официального опубликования указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, должен был руководствоваться приведёнными в нём требованиями к описанию деяния, признанного судом доказанным. Однако в приговоре при описании деяния, признанного судом доказанным, приведён лишь период неуплаты алиментов (уклонения в течение двух и более месяцев подряд) - с 31 августа 2022 года по 28 ноября 2022 года.

Судебная коллегия отменила приговор и апелляционное определение, вынесенное в отношении М., передав уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции (дело № 77-595/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции 25 июля 2024 года уголовное дело в отношении М. прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью подсудимого.

Судом не приведено мотивированных суждений относительно

доводов об отсутствии в действиях лица события преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ

По приговору Котовского районного суда Волгоградской области от 25 июля 2023 года, оставленному без изменения апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 25 сентября 2023 года, Г. осуждён по ч. 2 ст. 315 УК РФ.

Суд первой инстанции, приходя к выводу о виновности Г. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 315 УК РФ,  установил, что на основании решения Котовского районного суда Волгоградской области, вступившего в законную силу 21 марта 2017 года, на Бурлукское сельское поселение возложена обязанность в срок до 21 марта 2018 года разработать для скважин воды в с. Бурлук и в с. Сосновка проекты зон санитарной охраны, получить положительные санитарно-эпидемиологические заключения, которые предоставить в комитет природных ресурсов и экологии Волгоградской области. Однако, Г., являясь главой Бурлукского сельского поселения Котовского муниципального района, в период с 21 марта 2017 года по 5 октября 2021 года злостно уклонился от исполнения данного решения суда.

Судом кассационной инстанции указано, что согласно материалам дела указанные четыре скважины 19 декабря 2018 года были переданы в муниципальную собственность Котовского  муниципального района Волгоградской области. Данное обстоятельство, по мнению стороны защиты, исключало возможности исполнения Г. решения суда. Отклоняя указанные доводы, суд указал, что они не являются основанием для неисполнения решения суда, поскольку ответчиком по решению суда от 15 февраля 2017 года и должником по исполнительному производству являлась не администрация Котовского муниципального района Волгоградской области, а администрация Бурлукского сельского поселения, которая и обязана исполнять указанное судебное решение.

Суд кассационной инстанции посчитал, что вывод суда об отсутствии правовой значимости смены собственника для уголовно-правовой квалификации действий осужденного по ч. 2 ст. 315 УК РФ является преждевременным, поскольку возложение на юридическое лицо, утратившее свое право собственности на имущество, обязанности по его содержанию, не согласуется с положениями ст. 210 ГК РФ, п. 1 ст. 209 ГК РФ. Более того, в определенных случаях смена собственника имущества влечет за собой смену должника по обязательству.

Кроме того, суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих судов, о том, что отсутствие необходимых бюджетных средств, дефицит бюджета поселения, не свидетельствуют невиновности Г. в столь длительном неисполнении решения суда. При этом судебная коллегия указала, что уголовная ответственность по ч. 2 ст. 315 УК РФ должна наступать только в тех случаях, когда лицо имело реальную возможность исполнить решение суда, но умышленно (злостно) уклонялось от исполнения возложенной на него обязанности. Судами оставлены без внимания свидетельские показания ведущего специалиста – главного бухгалтера администрации сельского поселения К.,  которая показала, что сельское поселение не могло исполнить решение суда в виду отсутствия денежных средств, бюджет не менялся, выделить деньги на исполнение решения суда не могли, потому что имелась кредиторская задолженность.

Суд кассационной инстанции отменил апелляционное постановление в отношении Г., направив дело на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-781/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции приговор в отношении Г. в части его осуждения по ч. 2 ст. 315 УК РФ отменён, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Приговором Котовского районного суда Волгоградской области от 14 января 2025 года, вступившему в законную силу,  Г. осуждён по ч. 2 ст. 315 УК РФ.

Судом не исследован вопрос о наличии

технической возможности избежать наезда на пешехода

По приговору Котельниковского районного суда Волгоградской области от 14 ноября 2023 года А. осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ. Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 16 января 2024 года приговор в части квалификации действий А. оставлен без изменения.

Суд кассационной инстанции указал, что сделав вывод о наезде А. на Л. при ситуации, когда она шла в попутном направлении по проезжей части дороги, суд должным образом не оценил представленные доказательства в их совокупности на предмет достаточности для правильного разрешения дела. В тоже время, вопрос о наличии у А. технической возможности избежать наезда на пешехода при описанных им обстоятельствах по делу не исследовался; не ставился перед экспертами и вопрос, в какой момент и при какой обстановке возникла опасность для участников движения; следователем момент возникновения опасной и аварийной ситуации для водителя транспортного средства определён самостоятельно.

Несмотря на то, что сторонами были представлены противоречивые доказательства в части наличия и отсутствия у водителя А. технической возможности избежать дорожно-транспортного происшествия, суд не принял мер к устранению таких противоречий, в том числе путём назначения автотехнической экспертизы.

 

Суд кассационной инстанции отменил апелляционное определение в отношении А., уголовное дело передал на новое судебное разбирательство в суд второй инстанции (дело № 77-1004/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции 18 июня 2024 года приговор в отношении А. отменён, уголовное дело передано на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Аналогичные нарушения, связанные с неверным установлением фактических обстоятельств и необходимостью проведения по уголовному делу автотехнической экспертизы с целью установления технической возможности водителя транспортного средства предотвратить наезд на пешехода, установлены судом кассационной инстанции по уголовному делу в отношении К., осуждённого по приговору Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 28 июля 2023 года по ч. 3 ст. 264 УК РФ (дело № 77-858/2024).

Существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона

 

На момент совершения преступления и предъявления обвинения

виновное лицо являлось членом избирательной комиссии с правом

решающего голоса, что послужило основанием

для возвращения дела прокурору

 

           По приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 17 августа 2023 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 12 октября 2023 года, Ш. осуждена по ч. 2 ст. 293 УК РФ.

Как установлено судом кассационной инстанции, на момент совершения Ш. преступления и на момент предъявления ей обвинения она являлась членом избирательной комиссии с правом решающего голоса.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 447 УПК РФ член избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса отнесён к категории лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам.

Согласно ст. 29 Федерального закона от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» и в силу п. 12 ч. 1 ст. 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении члена избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, принимается руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации.

Обвинение Ш. предъявлено старшим следователем отдела по г. Волжскому СУ СК России по Волгоградской области, то есть неуполномоченным на это должностным лицом.

Суд кассационной инстанции отменил приговор и апелляционное определение в отношении Ш., уголовное дело возвратил прокурору г. Волжского Волгоградской области в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом  (дело № 77-702/2024).

Нарушения, допущенные судами при назначении наказания

Назначая наказание в виде лишения свободы условно,

суд в полной мере не учёл характер и степень

общественной опасности совершённого преступления

 

По приговору Советского районного суда г. Волгограда от 14 июля 2023 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 8 ноября 2023 года, Р. осуждён по ч. 3 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, ст. 73 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года.     

Согласно приговору Р. признан виновным в организации хищения денежных средств Ассоциации «М» в размере 45 420 000 рублей, вверенных генеральному директору К., совершённом лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Из описательно-мотивировочной части приговора следует, что суд первой инстанции с учётом совокупности смягчающих наказание Р. обстоятельств (совершения преступления впервые, возраста, состояния здоровья, наличия инвалидности), данных о личности, отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, пришёл к выводу, что исправление осужденного возможно без отбывания реального наказания в виде лишения свободы, с применением положений ст. 73 УК РФ. В данной части судом апелляционной инстанции приговор оставлен без изменения.

Суд кассационной инстанции, отменяя апелляционное определение, указал, что, назначая Р. наказание в виде лишения свободы условно, суд в полной мере не учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, в результате которого были похищены денежные средства Ассоциации «М» в сумме 45 420 000 рублей, то есть  в особо крупном размере. При этом материальный ущерб, причинённый преступлением, осуждённым не возмещён, им не принято мер для его заглаживания. Суд, перечислив в приговоре наличие смягчающих наказание обстоятельств, в нарушение п. 4 ст. 307 УПК РФ фактически не привёл суждения относительно возможности исправления Р. без отбывания им реального наказания с учётом характера и степени общественной опасности данного деяния. Однако, при рассмотрении дела в апелляционном порядке, в том числе по апелляционному представлению прокурора, суд второй инстанции данным обстоятельствам  надлежащей оценки не дал.

Уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-1932/2024).

По итогам повторного апелляционного рассмотрения 5 ноября 2024 года  приговор в отношении Р. изменён, в том числе исключено указание о применении при назначении Р. наказания положений ст.73 УК РФ; Р. освобожден от назначенного наказания на основании п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

 

Судом назначено чрезмерно суровое наказание

без учёта сведений о личности виновного лица

и обстоятельств уголовного дела

По приговору Михайловского районного суда Волгоградской области от 9 августа 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от  19 октября 2023 года, К. осуждён по ч. 1 ст. 228¹ УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Назначая К. наказание, суд учел данные о личности виновного, согласно которым он не судим, по месту жительства характеризуется положительно, на учётах врачей нарколога и психиатра не состоит. Обстоятельствами, смягчающими наказание, признаны: активное способствование раскрытию и расследованию преступления и уголовному преследованию других соучастников преступления, признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что назначенное осуждённому по своему размеру наказание не соответствует принципу соразмерности и справедливости.

С учётом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, размера наркотического средства (0,482 грамма) и его вида (марихуана), поведения осуждённого во время и после совершения преступления, отсутствия тяжких последствий по делу, данных о личности К., наличия признанных судом смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия судимости и обстоятельств, отягчающих наказание, его возраста, судебная коллегия признала совокупность приведённых сведений исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершённого преступления и пришла к выводу о том, что в отношении осуждённого необходимо применить положения ст. 64 УК РФ.

Приговор и апелляционное определение в отношении К. изменены, наказание смягчено с применением ст. 64 УК РФ до 2 лет лишения свободы (№ 77-953/2024).

По приговору Камышинского городского суда Волгоградской области от 25 августа 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 8 ноября 2023 года, Л. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

При назначении Л. наказания суд учел, что он ранее не судим, привлекался к административной ответственности, имеет место жительства и регистрации, состоит в браке, имеет на иждивении двоих малолетних детей, на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит, трудоустроен, по месту работы характеризуется положительно, участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно, главой г. Петров Вал - положительно. К обстоятельствам, смягчающим наказание Л., судом отнесены: наличие на иждивении малолетних детей, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче признательных показаний, признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья осужденного и членов его семьи. Обстоятельства, отягчающие наказание, судом не установлены.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что в нарушение требований ст. 60 УК РФ суды первой и апелляционной инстанций не в полной мере учли характер общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства содеянного, личность виновного, который впервые привлекается к уголовной ответственности, трудоустроен, по месту работы и главой г. Петров Вал характеризуется положительно, имеет на иждивении двоих малолетних детей. Согласно характеристике, представленной участковым уполномоченным полиции, Л. спиртными напитками не злоупотребляет, на профилактическом учете не состоит, официально трудоустроен в должности директора, от соседей жалоб на его поведение в быту не поступало, компрометирующих материалов не имеется.

Приговор и апелляционное определение изменены, назначенное Л. наказание смягчено до 3 лет 6 месяцев лишения свободы (дело № 77-1274/2024).

Наказание назначено без применения

положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, ч. 2 ст. 62 УК РФ

По приговору Кировского районного суда г. Волгограда от 21 декабря 2020 года К. осуждён по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228¹ УК РФ, ч. 1 ст. 174¹ УК РФ, ч. 1 ст. 111 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 50 000 рублей.

Судом кассационной инстанции установлено, что при назначении К. наказания судом не учтены требования уголовного закона (ст. ст. 60, 62, 66 УК РФ), а также разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в п. 34 постановления от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которым при применении  положений ст. ст. 62, 65 и 68 УК РФ, в случае совершения неоконченного преступления указанная в этих нормах часть наказания исчисляется от срока или размера наказания, которые могут быть назначены по правилам ст. 66 УК РФ.

Уголовное дело в отношении К. рассмотрено судом по правилам главы 40¹ УПК РФ в особом порядке принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве.

Суд первой инстанции при назначении К. наказания, в том числе за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228¹ УК РФ, в качестве смягчающих обстоятельств признал раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления. Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Таким образом, максимальное наказание, которое могло быть назначено К. по ч. 3 ст. 30, ч. 5  ст. 228¹ УК РФ в силу последовательного применения положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, ч. 2 ст. 62 УК РФ, не могло превышать 7 лет 6 месяцев лишения свободы, тогда как суд первой инстанции назначил К. наказание в виде лишения свободы сроком 8 лет 6 месяцев.

Приговор изменен наказание, назначенное К. по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228¹ УК РФ смягчено до 7 лет лишения свободы, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ К. назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 4 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере    50 000 рублей (дело № 77-1303/2024).

 

При отсутствии отягчающих наказание обстоятельств наказание

в виде лишения свободы назначено лицу, впервые совершившему

преступление небольшой тяжести

По приговору Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 2 ноября 2023 года З. осуждён по ч. 3 ст. 30, ст. 158.1 УК РФ к 4 месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения более строгим наказания менее строгого, назначенного по приговору Красноармейского районного суда г. Волгограда от 26 сентября 2023 года, З. назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 4 месяца с отбыванием в колониипоселении.

Изменяя приговор, суд кассационной инстанции указал, что преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ст. 158.1 УК РФ, относятся к категории небольшой тяжести. Данное преступление З. совершил 28 марта 2023 года, то есть до вынесения предыдущих и последующих приговоров, в связи с чем считается лицом впервые совершившим преступление небольшой тяжести. Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено. Таким образом, назначение З. наказания в виде лишения свободы противоречит ч. 1 ст. 56 УК РФ.

Судом кассационной инстанции принято решение о назначении З. наказания в виде исправительных работ, при назначении наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ применен принцип поглощения менее строгого наказания (в виде обязательных работ по приговору от 26 сентября 2023 года) более строгим наказанием в виде исправительных работ (№ 77-566/2024).

Заменяя наказание в виде лишения свободы принудительными

работами, суд принял такое решение при назначении

окончательного наказания

 По приговору Центрального районного суда г. Волгограда от 25 марта 2024 года Е. осуждён по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года. В соответствии со ст. 70 УК РФ частично присоединено неотбытое дополнительное наказание по приговору Центрального районного суда г. Волгограда от 11 октября 2023 года и назначено окончательное наказание – 1 год 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 4 (четыре) года. На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 1  год 6 месяцев, с удержанием 15 % заработка в доход государства.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 23 мая 2024 года приговор в отношении Е. изменён, указано на применение к назначенному  основному наказанию в виде принудительных работ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 4 года.

Отменяя апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал следующее.

Из разъяснений, данных в п. 22.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», следует, что если суд придёт к выводу о возможности применения принудительных работ как альтернативы лишению свободы к лицу, совершившему два и более преступления, то такое решение принимается за совершение каждого преступления, а не при определении окончательного наказания по совокупности преступлений. Таким образом, в резолютивной части приговора суд вначале должен указать на назначение наказания в виде лишения свободы на определённый срок, а затем - на замену лишения свободы принудительными работами, после чего решить вопрос о назначении дополнительного наказания за преступление, за которое лицо осуждено по данному приговору и затем разрешить вопрос о назначении наказания по совокупности приговоров.

Вместе с тем, придя к выводу о необходимости замены Е. наказания в виде лишения свободы принудительными работами, суд первой инстанции принял такое решение только при назначении осуждённому окончательного наказания по совокупности приговоров в соответствии с положениями ст. 70 УК РФ. Судом апелляционной инстанции допущенные нарушения требований уголовного закона при назначении наказания не устранены.

Уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-3059/2024).

По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции 25 декабря 2024 года приговор в отношении Е. изменён: на основании ст. 53.1 УК РФ назначенное Е. по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы сроком 1 год 6 месяцев заменено принудительными работами на срок 1 года 6 месяцев, с удержанием в доход государства 15% из заработка осуждённого, назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года; применены положения  ч. 5 ст. 70, ч. 4 ст. 69 УК РФ и Е. назначено окончательное наказание в виде принудительных работ сроком 1 год 6 месяцев, с удержанием в доход государства 15% из заработка осуждённого, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 4 года.

В нарушение требований закона активное

способствование расследованию и раскрытию преступления не признано смягчающим наказание обстоятельством

По приговору Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 11 сентября 2023 года, с учётом изменений, внесённых апелляционным определением Волгоградского областного суда от 18 декабря 2023 года, Б. осуждён по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Изменяя судебные решения, суд кассационной инстанции указал, что согласно материалам дела Б. ещё до возбуждения уголовного дела подробно рассказал, где, когда и при каких обстоятельствах он приобрёл наркотические средства; дал пояснения о наличии у него умысла, направленного на незаконное приобретение и хранение наркотических средств, то есть сообщил о значимых обстоятельствах, имеющих существенное значение для раскрытия и расследования преступления, неизвестных правоохранительным органам. В ходе предварительного следствия Б. в качестве подозреваемого и обвиняемого неоднократно давал исчерпывающие показания об обстоятельствах совершения им преступления, которые, как видно из приговора, были признаны судом достоверными, полностью согласовывались с другими доказательствами по делу и положены в основу приговора.

Выбранную Б. позицию по делу, основанную на добровольном сообщении органам следствия обстоятельств совершённого им преступного деяния, что повлияло на ход расследования, суду первой инстанции исходя из требований п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ следовало расценить как активное способствование раскрытию и расследованию преступления и признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание.

 

Кроме того, судом кассационной инстанции указал, что при назначении Б. наказания суд сослался на повышенную степень опасности совершённого им преступления, в то время как обстоятельства преступления являются составной частью объективной стороны состава преступления и не подлежат повторному учёту при назначении наказания.

Судебная коллегия по уголовным делам изменила  приговор и апелляционное определение, вынесенные в отношении Б., исключила из приговора указание суда о повышенной степени опасности совершённого Б. преступления, признала в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, смягчив осуждённому наказание (дело № 77-1489/2024).

 

Судом первой инстанции не признано

в качестве смягчающего наказание обстоятельства тяжелое материальное положение осуждённого

         По приговору Дзержинского районного суда г. Волгограда от 6 июня 2023 года (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Волгоградского областного суда от 21 августа 2023 года), З. осуждён по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Суд кассационной инстанции указал, что в описательно-мотивировочной части приговора судом при описании преступного деяния установлено, что преступление З. совершено, в том числе ввиду трудного материального положения. Вместе с тем, судом не дана надлежащая оценка указанному обстоятельству, в приговоре не приведено суждений относительно невозможности его признания в качестве смягчающего наказание в соответствии с  ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Приговор и апелляционное определение изменены, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ тяжёлое материальное положение З. признано смягчающим наказание обстоятельством, назначено наказание с применением положений ч. 3 ст. 68 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 1 год 9 месяцев (дело № 77-397/2024).

Наличие у виновного на иждивении дочери и отца,

имеющего инвалидность, не признано

смягчающим наказание обстоятельством

По приговору Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 2 мая 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 3 августа 2023 года, С. осуждён по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Как отмечено судом кассационной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций ограничились лишь указанием на то, что признание иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание является правом, а не обязанностью суда, не дав оценки тому, что дочь осуждённого является студенткой 1 курса очной формы обучения и находится на его иждивении, а отец является инвалидом. Указанные обстоятельства в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ подлежали учёту как смягчающие наказание.

Судебная коллегия изменила приговор и апелляционное определение, вынесенные в отношении С., в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признала смягчающими его наказание обстоятельствами наличие на иждивении дочери и отца, являющегося инвалидом, смягчила наказание до 2 лет лишения свободы (дело № 77-813/2024).

Аналогичные нарушения, связанные с необходимостью признания в качестве смягчающих наказание обстоятельств (психического расстройства, возраста, участия в боевых действиях и наличия статуса ветерана боевых действий) выявлены судом кассационной инстанции по уголовным делам:

- в отношении Х., осуждённого по приговору Советского районного суда г. Волгограда от 30 октября 2022 года (дело № 77-1786/2024);

- в отношении С., осуждённого по приговору Камышинского городского суда Волгоградской области от 23 декабря 2022 года (дело № 77-457/2024);

- в отношении Б., осуждённого по приговору Центрального районного суда г. Волгограда от  14 августа 2023 года (дело № 77-1760/2024).

Обстоятельство, характеризующее субъект

преступления, не может быть повторно

учтено при назначении наказания

           По приговору Ворошиловского районного суда г. Волгограда от 16 марта 2023 года К. осуждён по ч. 1 ст. 314¹ УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого  режима.

Из приговора следует, что при назначении К. наказания судом в качестве отягчающего наказание обстоятельства признан рецидив преступлений, образованный судимостями по приговорам от 21 октября  2014 года и 27 ноября 2018 года.

Судом кассационной инстанции указано, что предыдущие судимости осуждённого К. послужили основанием для назначения ему решением Тракторозаводского районного суда г. Волгограда от 12 октября 2020 года административного надзора, в связи с чем они не подлежат повторному учету в качестве отягчающего наказание обстоятельства (рецидив преступлений) при назначении наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 314.1 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам изменила приговор, вынесенный в отношении Б., исключив указание о признании рецидива преступлений отягчающим наказание обстоятельством и смягчив назначенное Б. наказание (дело № 77-733/2024).

Судом назначено чрезмерно мягкое наказание без учёта

правил ч. 2 ст. 68 УК РФ

 

По приговору и.о. мирового судьи судебного участка № 75 Ворошиловского района г. Волгограда от 3 февраля 2023 года П. осуждён по ч. 1 ст. 158 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Как следует из материалов уголовного дела П. ранее судим, в том числе по приговору Кировского районного суда г. Волгограда от 14 октября 2021 года за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 УК РФ – к 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 6 месяцев. При вынесении приговора  Волжского городского суда Волгоградской области от 1 июня 2022 года условное осуждение П. по приговору от 14 октября 2021 года отменено, окончательное наказание назначено на основании ст. 70 УК РФ и отбывалось П. в ФКУ КП-3 УФСИН России.

Отменяя приговор, суд кассационной инстанции указал следующее.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июня 2022 года № 14 «О практике применения судами при рассмотрении уголовных дел законодательства, регламентирующего исчисление срока погашения и порядок снятия судимости», в отношении лиц, условно осуждённых, в случае отмены условного осуждения и направления осуждённого для отбывания наказания, назначенного приговором суда, сроки погашения судимости за преступления небольшой или средней тяжести исчисляются в соответствии с п. «в» ч. 3 ст. 86 УК РФ.

Согласно п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» отмена условного осуждения образует рецидив преступлений только в том случае, когда решение об отмене условного осуждения и о направлении осуждённого для отбывания наказания в места лишения свободы было принято до совершения им нового преступления.

         Поскольку условное осуждение П. по приговору от 14 октября 2021 года отменено 1 июня 2022 года, то есть до совершения им преступления по приговору от 3 февраля 2023 года (9 августа 2022 года), судимость по приговору от 14 октября 2021 года не являлась погашенной, следовательно, в действиях осуждённого имелся рецидив преступлений, который не был учтён судом при назначении ему наказания по приговору от 3 февраля 2023 года, что повлекло назначение П. чрезмерно мягкого наказания без учёта правил, предусмотренных ч. 2 ст. 68 УК РФ, и определение неправильного вида исправительного учреждения для отбывания назначенного наказания.

Судебная коллегия по уголовным делам отменила приговор мирового судьи, передав уголовное дело на новое судебное рассмотрение другому мировому судье (дело №77-36/2024).

По итогам повторного рассмотрения уголовного дела мировым судьей судебного участка № 77 Ворошиловского района г. Волгограда 28 мая 2024 года П. осуждён по ч. 1 ст. 158 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 1 году 7 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

При признании рецидива преступлений

судом учтена судимость за умышленное

преступление небольшой тяжести

По приговору Кировского районного суда г. Волгограда от 26 декабря 2022 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 29 марта 2023 года, Ч. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ с применением  ч. 5 ст. 70 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 10 месяцев 14 дней.

Суд первой инстанции, признав в качестве отягчающего Ч. наказание обстоятельства рецидив преступлений, учёл наличие непогашенной судимости за ранее совершенное умышленное преступление средней тяжести по приговору от 3 декабря 2015 года

Не согласившись с данными выводами, суд кассационной инстанции указал следующее.

По приговору Кировского районного суда г. Волгограда от 3 декабря 2015 года Ч. осужден по ч. 1 ст. 166 УК РФ, ст. 264¹ УК РФ с применением ч. 2 ст. 69, 73 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы,  условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с лишением права управления транспортными средствами на 2 года. 17 марта 2016 года постановлением Кировского районного суда г. Волгограда условное осуждение отменено, Ч. направлен для отбывания наказания в исправительную колонию общего режима на срок 1 год 3 месяца.

По приговору мирового судьи судебного участка № 107 Волгоградской области от 28 марта 2016 года Ч. осужден по ст. 264¹ УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 1 году 3 месяцам 25 суткам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с лишением права управления транспортными средствами сроком 3 года.

11 июля 2017 года Ч. освобожден по отбытию срока наказания в виде лишения свободы; дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 3 года отбыто 10 июля 2020 года.

Таким образом, судимость Ч. по приговору от 3 декабря 2015 года за преступление средней тяжести погашена 11 июля 2020 года в силу требований п. «в» ч. 3 ст. 86 УК РФ, и на момент совершения преступления по настоящему делу (22 февраля 2021 года) не подлежала учету, а неотбытое дополнительное наказание назначено за преступление, предусмотренное ст. 264¹ УК РФ, которое в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ отнесено к категории небольшой тяжести, и судимость за него не подлежит учету при признании рецидива.

Судебная коллегия изменила решения, вынесенные в отношении Ч., исключив из приговора суда указание о признании отягчающим наказание обстоятельством рецидива преступлений, назначенное наказание смягчено (дело № 77-42/2024).

При признании в качестве отягчающего наказание

обстоятельства рецидива преступлений судом

не учтён факт помилования виновного лица

По приговору Суровикинского районного суда Волгоградской области от 25 августа 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 31 октября 2023 года, М. осуждён по п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ к 2 годам 5 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судом кассационной инстанции указано, что суд первой инстанции, признавая в качестве отягчающего М. наказание обстоятельства рецидив преступлений, который образовывала судимость по приговору от 9 августа 2016 года, оставил без внимания, что М. был помилован Указами Президента Российской Федерации от 23 сентября 2022 года, от 16 мая 2023 года и с него сняты судимости. В этой связи судимость по приговору от 9 августа 2016 года не создавала правовых последствий в виде рецидива преступлений.

Суд кассационной инстанции изменил приговор и апелляционное определение, вынесенные в отношении М., исключив из приговора указание о наличии судимости по приговору от 9 августа 2016 года, обстоятельства, отягчающего наказание - рецидив преступлений, указание о применении при назначении наказания ч. 2 ст. 68 УК РФ, смягчил М. наказание до 2 лет лишения свободы с отбыванием в  исправительной колонии общего режима, произвел зачёт в срок лишения свободы время содержания М. под стражей в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (дело № 77-1081/2024).

Применив положения ч. 5 ст. 69 УК РФ, суд повторно сложил наказание по предыдущему приговору

При принятии решения о самостоятельном исполнении приговора, суд не учел, что условное осуждение по нему отменено

По приговору мирового судьи судебного участка № 70 г. Волжского Волгоградской области от 7 августа 2023 года Б. осуждён по ч. 1  ст. 175 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 380 часам обязательных работ.

Изменяя приговор, суд кассационной инстанции указал, что, назначая Б. наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием по приговору Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 27 марта 2023 года, суд не учел, что ранее по приговору Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 17 мая 2023 года осуждённому уже назначено окончательное наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний, в том числе по приговору от 27 марта 2023 года. Таким образом, мировой судья повторно сложил наказание по приговору Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 27 марта 2023 года, которое ранее уже учитывалось при определении окончательного наказания по приговору Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 17 мая 2023 года.

Кроме того, приняв решение о самостоятельном исполнении приговора Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 14 декабря 2022 года, мировым судьей не учтено, что условное осуждение по данному приговору отменено, на основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 14 декабря 2022 года с назначением Б. наказания в виде лишения свободы сроком 1 год 7 месяцев.

Суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что мировой судья при вынесении приговора необоснованно улучшил положение осуждённого, назначив ему наказание меньшее по своему виду и размеру, чем определено в приговоре от 17 мая 2023 года, что противоречит требованиям уголовного закона.

Приговор мирового судьи отменен, уголовное передано дело на новое судебное разбирательство (дело № 77-584/2024).

При повторном рассмотрении уголовного дела мировым судьей судебного участка № 68 г. Волжского Волгоградской области от 21 мая 2024 года (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Волжского городского суда Волгоградской области от 8 июля 2024 года) Б. осуждён по ч. 1  ст. 175 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам 7 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

 

Аналогичные нарушения выявлены судом кассационной инстанции по уголовным делам:

-в отношении Н., осуждённого по приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 9 июня 2023 года (дело № 77-431/2024);

-в отношении Е., осуждённого по приговору Кировского районного суда г. Волгограда от 14 февраля 2018 года (дело № 77-360/2024).

Судом назначено наказание по совокупности

преступлений ниже, чем может быть

назначено за отдельное преступление

По приговору Советского районного суда г. Волгограда от 13 декабря 2023 года С. осуждён по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ – к 2 годам 4 месяцам лишения свободы, по п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – к 1 году 8 месяцам лишения свободы, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 5 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 13 марта 2024 года приговор изменён, смягчающим наказание С. обстоятельством признано активное способствование раскрытию и расследованию преступлений,   смягчено наказание, назначенное С. по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, до 2 лет 3 месяцев лишения свободы.

Отменяя апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что с учётом положений ч. 2  ст. 68 УК РФ судом первой инстанции С., как за каждое из преступлений, так и по совокупности преступлений, назначено наказание в минимальном размере. Оснований для применения ч. 3 ст. 68, ст. 64 УК РФ не установлено. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, изменив приговор, назначил осужденному по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ наказание ниже, чем может быть назначено по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ в силу ч. 2 ст. 68 УК РФ, что является существенным нарушением требований уголовного закона.

Уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-3394/2024). При повторном апелляционном рассмотрении 23 января 2025 года приговор в отношении С. отменён, уголовное дело прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью осужденного.

При назначении наказаний суд не применил

принцип частичного сложения наказания

По приговору Дзержинского районного суда г. Волгограда от 3 августа  2023 года Ш. осуждена по ч. 2 ст. 159 УК РФ (8 преступлений), по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ (7 преступлений), с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 30 ноября 2023 года приговор изменен, по трем преступлениям признано дополнительное смягчающее наказание обстоятельство (частичное возмещение ущерба), смягчено наказание за данные преступления, а также окончательное наказание, назначенное по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ - до 1 года 4 месяцев лишения свободы.

Отменяя апелляционное постановление, суд кассационной инстанции указал, что, что суд апелляционной инстанции при назначении Ш. наказания по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 1 год 4 месяца применил принцип частичного сложения наказаний. Вместе с тем, за преступления, совершённые в отношении потерпевших У., Н. судом первой инстанции, а также за преступление в отношении Т. судом второй инстанции осуждённой Ш. назначено наказание в виде лишения свободы в таком же размере - 1 год 4 месяца. Таким образом, суд апелляционной инстанции, указав о применении принципа частичного сложения наказаний, фактически его не применил, что свидетельствует о несправедливости назначенного наказания и нарушении норм уголовного закона.

Уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-1653/2024). По итогам повторного апелляционного рассмотрения 5 сентября 2024 года приговор изменён: смягчающими наказание обстоятельствами признаны имеющиеся у Ш. заболевания, частичное возмещение имущественного ущерба по трем преступлениям; смягчено наказание, как за отдельные преступления, так и по их совокупности.

Судом  неверно назначено дополнительное

наказание по правилам ст. 70 УК РФ

По приговору Новоаннинского районного суда Волгоградской области от 15 февраля 2023 года М. осуждён по ч. 1 ст. 166 УК РФ, ч. 2 ст. 264¹ УК РФ с применением ч. 2 ст. 69, ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ (приговор от 21 июня 2022 года) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 5 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Изменяя приговор, суд кассационной инстанции указал, что  при назначении М. дополнительного наказания по правилам ст. 70 УК РФ судом  не учтены требования ч. 4 ст. 47 УК РФ, ч. 4 ст. 73 УК РФ, а также  разъяснения, содержащиеся в п. 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», согласно которым при решении вопроса о назначении наказания по совокупности приговоров следует выяснять, какая часть основного или дополнительного наказания реально не отбыта лицом по предыдущему приговору на момент постановления приговора.

Судебной коллегией установлено, что по приговору мирового судьи судебного участка № 39 Волгоградской области от 21 июня 2022 года М. был осуждён по ч. 1 ст. 158 УК РФ с применением ч. 5 ст. 70, ч. 4 ст. 69 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком 1 год 9 месяцев 3 дня. При этом к основному наказанию в виде лишения свободы были применены положения ст. 73 УК РФ. Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, осуждённый отбывал реально.

Указанный приговор вступил в законную силу 2 июля 2022 года, соответственно, срок дополнительного наказания подлежал исчислению с указанной даты. К моменту постановления обжалуемого приговора от 15 февраля 2023 года неотбытая часть дополнительного наказания по приговору от 21 июня 2022 года  составляла 1 год 1 месяц 20 дней.

С учётом изложенного, окончательное дополнительное наказание, назначенное по приговору от  15 февраля 2023 года по правилам ст. 70 УК РФ (при условии полного присоединения неотбытой части такого же вида наказания по предыдущему приговору), не могло превышать 4 года 7 месяцев 20 дней.

Между тем суд, принимая решение о частичном присоединении неотбытого по предыдущему приговору наказания, назначил М. окончательное дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 5 лет, чем ухудшил его положение.

Судебная коллегия изменила приговор в отношении М., в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ отменила условное осуждение М., назначенное по приговору мирового судьи судебного участка № 39 Волгоградской области от 21 июня 2022 года, на основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединила неотбытую часть наказания по приговору от 21 июня 2022 года,  назначив М. окончательное наказание в виде лишения свободы сроком 3 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком 4 года 6 месяцев (дело № 77-4113/2023).

Аналогичные нарушения, связанные с назначением дополнительного наказания в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, выявлены судом кассационной инстанции по уголовному делу в отношении М., осуждённого по приговору мирового судьи судебного участка № 82 Дзержинского судебного района г. Волгограда Волгоградской области (дело № 77-2293/2024).

При назначении дополнительного наказания в виде штрафа

суд не привёл  мотивированных суждений о необходимости

назначения такого вида наказания

По приговору Жирновского районного суда Волгоградской области от 11 марта 2024 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 28 мая 2024 года, П. осуждён по ч. 2 ст. 290 УК РФ (24 преступления), п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (6 преступлений) с применением ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ  к 11 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 10 000 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных функций и административно-хозяйственных функций в государственных, муниципальных учреждениях, государственных и муниципальных унитарных предприятиях, акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит РФ, субъектам РФ или муниципальным образованиям, сроком на 9 лет.

Судом кассационной инстанции отмечено, что дополнительное наказание в виде штрафа к лишению свободы согласно санкциям ч. 2 и ч. 5 ст. 290 УК РФ не является обязательным. При назначении наказания по статьям уголовного закона, предусматривающим возможность применения дополнительных наказаний по усмотрению суда, в приговоре следует указывать основания их применения с приведением соответствующих мотивов.

Вместе с тем, суд, назначив П. за каждое преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 290 УК РФ, п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, а также по совокупности данных преступлений, дополнительное наказание в виде штрафа, мотивированных суждений о необходимости назначения такого вида наказания в приговоре не привёл. Судом апелляционной инстанции допущенные нарушения требований уголовного закона при назначении П. наказания не устранены.

Судебная коллегия по уголовным делам изменила  приговор и апелляционное определение, вынесенные в отношении П., исключив указание на назначение осуждённому дополнительного наказания в виде штрафа, как за каждое из преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 290 УК РФ, п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, так и по совокупности данных преступлений (дело № 77-2504/2024).

Дополнительное наказание в виде лишения воинского звания

на основании ст. 48 УК РФ назначено без достаточных оснований

По приговору Центрального районного суда г. Волгограда от 31 июля 2023 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 1 декабря 2023 года, К. осуждён по ч. 2 ст. 290 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций и административно - хозяйственных полномочий, на срок 3 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания «полковник внутренней службы».

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что дополнительное наказание в виде лишения К. специального звания «полковник внутренней службы» назначено судом без достаточных на то оснований.

Назначая К. дополнительное наказание, суд обосновал своё решение тяжестью совершённого им преступления, которое подрывает авторитет федеральных органов исполнительной власти, а также фактическими обстоятельствами дела.

Между тем, в соответствии со ст. 48 УК РФ, п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» при осуждении за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления суд может лишить виновного специального звания с учётом его личности с обязательным изложением в приговоре мотивов такого решения.

В приговоре выводы суда о необходимости лишения К. воинского звания на основании ст. 48 УК РФ не мотивированы и не содержат суждений относительно личности осуждённого, которые судом приняты во внимание.

Судом кассационной инстанции установлено, что К. характеризуется положительно, в качестве смягчающих наказание обстоятельств признано наличие у него медалей «За отличие в службе I, II, III степени», «Ветеран уголовно-исполнительной системы России», нагрудного знака «Лучший сотрудник службы безопасности», юбилейного знака «15 лет службе безопасности ФСИН России», почётных грамот и благодарственных писем. Согласно характеристике с октября 1994 года К. проходил службу в уголовно-исполнительной системе, за время службы зарекомендовал себя с положительной стороны.

Суд кассационной инстанции изменил приговор и апелляционное определение, вынесенные в отношении К., исключив указание суда о назначении ему на основании ст. 48 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения специального звания «полковник внутренней службы» (дело № 77-2209/2024).

 

Нарушения, допущенные при назначении вида

исправительного учреждения

 

Судом назначена колония – поселение лицу,

ранее отбывавшему лишение свободы

 

По приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 5 февраля 2024 года, оставленному без изменения в апелляционном порядке, М. осуждён за два преступления, предусмотренных ч. 1 ст. 157 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы в колонии-поселении.

Судом кассационной инстанции отмечено, что согласно материалам дела М. ранее был осуждён по приговору Волжского городского суда Волгоградской области от 2 октября 2020 года за преступление, относящееся к категории небольшой тяжести, к наказанию в виде реального лишения свободы с его отбыванием в колонии-поселении, откуда он освобождён 18 декабря 2020 года. Кроме того по приговору того же суда от 8 февраля 2023 года он осуждён за преступления небольшой тяжести к наказанию в виде исправительных работ,  заменённых 11 мая 2023 года на реальное лишение свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, откуда освобождён 8 сентября 2023 года.

На момент совершения преступлений по настоящему делу судимости по приговорам от 2 октября 2020 года и 8 февраля 2023 года погашены не были, в связи с чем в силу п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 № 9 «О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений» М. являлся лицом, ранее отбывавшим лишение свободы и ему следовало определить для отбывания наказания исправительную колонию общего режима в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Судебная коллегия отменила апелляционное постановление Волгоградского областного суда от 3 апреля 2023 года и направила уголовное дело в отношении М. на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-2556/2024). По итогам повторного апелляционного рассмотрения 17 октября 2024 года приговор в отношении М. изменён, местом отбывания наказания в виде лишения свободы назначена исправительная колония общего режима.

 

Суд назначил для отбывания наказания исправительную

колонию общего режима при наличии

в действия виновного рецидива преступлений

Постановлением Еланского районного суда Волгоградской области от 10 мая 2023 года, оставленным без изменения  апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 7 сентября 2023 года, В. отменено условное осуждение, назначенное по приговору Еланского районного суда Волгоградской области от 6 апреля 2022 года, наказание в виде лишения свободы сроком 2 года 4 месяца в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ постановлено отбывать в исправительной колонии общего режима.

Отменяя судебные решения первой и второй инстанции, суд кассационной инстанции указал, что в действиях В. установлен рецидив преступления, он ранее отбывал наказание в виде лишения свободы в колонии-поселении, будучи осуждённым по приговору от 28 марта 2016 года. Однако, данные обстоятельства не были учтены при назначении В. вида исправительного учреждения.

Материал в части назначения вида исправительного учреждения передан на новое разбирательство в суд первой инстанции в порядке ст. 396-397 УПК РФ (дело № 77-658/2024).

Судом неправильно определён вид рецидива,

что повлекло назначение иного вида

исправительного учреждения

По приговору Тракторозаводского районного суда г. Волгограда от 2 октября 2023 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 16 января 2024 года, Г. осуждён по ч. 1 ст. 161 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания исправительной колонии строгого режима.

Суд кассационной инстанции указал, что поскольку Г. ранее судим к реальному лишению свободы за два преступления, относящихся к категории тяжких и особо тяжких, вновь осуждён за совершение тяжкого преступления к реальному лишению свободы, то в силу п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ его действия образуют особо опасный рецидив. Следовательно, наказание в виде лишения свободы Г. надлежало отбывать в исправительной колонии особого режима (п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ).

Приговор и апелляционное определение в отношении Г. в части назначения вида исправительного учреждения отменены, уголовное дело передано на новое рассмотрение в суд первой инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 396 и 399 УПК РФ (дело № 77-1691 2024).

 

Нарушения, допущенные при применении уголовного закона 

о зачёте в срок лишения свободы времени содержания под стражей, нахождения под домашним арестом, запретом определённых

действий, при исчислении срока отбывания наказания

 

Судом необоснованно произведён зачёт периода

нахождения под запретом определённых действий

в срок лишения свободы

 

По приговору Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 26 сентября 2023 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 8 февраля 2024 года, С. осуждён к лишению свободы за совершение преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ; ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ; ч. 4 ст. 159 УК РФ.

 

Судом произведён зачёт в срок лишения свободы периода нахождения С. под домашним арестом с 4 августа 2021 года по 25 сентября 2023 года, т.е. с момента избрания меры пресечения до вынесения приговора.

Вместе с тем, постановлением суда от 2 мая 2023 года мера пресечения С. была изменена с домашнего ареста на запрет определённых действий, с возложением ряда запретов, за исключением выхода в определённые периоды времени за пределы жилого помещения, в котором он проживал.

Судом кассационной инстанции указано, что исходя из требований ст. 72 УК РФ, ч.ч. 9, 10 ст. 109 УПК РФ, п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ срок действия указанной меры пресечения подлежал зачету в срок лишения свободы путём последовательного применения положений п. 1¹ ч. 10 ст.109 УПК РФ и ч. 3¹ ст. 72 УК РФ только при условии установления запрета на выход из жилища, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105¹ УПК РФ.

Приговор суда и апелляционное определение в части зачета в срок лишения свободы меры пресечения в виде домашнего ареста отменены, уголовное дело в данной части направлено на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в порядке ст. ст. 396-399 УПК РФ (дело № 77-3186/2024).

 

Судом проигнорированы требования закона о последовательном

зачёте периода  нахождения под запретом определённых действий

в срок содержания под стражей и в срок лишения свободы

По приговору Тракторозаводского районного суда г. Волгограда от 24 июля 2023 года М. осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

При вынесении приговора судом в срок лишения свободы зачтено время нахождения М. под запретом определённых действий с 27 декабря 2022 года по 23 июля 2023 года, включительно, из расчёта два дня применения запрета определённых действий за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Судом кассационной инстанции указано, что мера пресечения в виде запрета определённых действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, засчитывается в срок лишения свободы путём последовательного применения положений п. 1¹ ч. 10 ст. 109 УПК РФ и положений п. «б» ч. 3¹ ст. 72 УК РФ, то есть, сначала - в срок содержания под стражей, а затем - в срок лишения свободы, что не было принято во внимание судом первой инстанции.

Приговор изменен, на основании п. 1¹ ч. 10 ст. 109 УПК РФ произведен зачёт в срок содержания под стражей времени нахождения М. под запретом определённых действий в период с 27 декабря 2022 года по 23 июля 2023 года включительно из расчёта два дня его применения за один день содержания под стражей, подлежащего последовательному зачёту в соответствии с п. «б» ч. 3¹ ст. 72 УК РФ, из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима (дело № 77-2032/2024).

Аналогичные нарушения, связанные с неверным зачётом в срок лишения времени нахождения под запретом определённых действий, выявлены судом кассационной инстанции по уголовному делу в отношении С. и Р., осуждённых по приговору Центрального районного суда г. Волгограда от 27 июня 2022 года (дело № 77-2097/2024).

Судом принято неверное решение об исчислении срока

отбывания наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении

с момента вступления приговора в законную силу

По приговору Дубовского районного суда Волгоградской области от 10 августа 2023 года, изменённому апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 7 ноября 2023 года, А. осуждён по ч. 5 ст. 264 УК РФ к 5 годам     6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года.

Суд принял решение об исчислении А. срока отбывания наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении с момента вступления приговора в законную силу, что противоречит требованиям ч. 1 ст. 58 УК РФ и ч. 3 ст. 75¹ УИК РФ, согласно которым срок отбывания наказания исчисляется со дня прибытия осуждённого в колонию-поселение. При этом время его следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным  ч. 1 ст. 75¹ УИК РФ, засчитывается в срок лишения свободы из расчёта один день за один день.

Допущенное нарушение закона повлекло за собой необоснованный зачёт А. в срок отбывания наказания периода свыше месяца, поскольку в материалах дела имеется сообщение ФКУ КП-8 УФСИН России по Республике Дагестан о содержании А. в исправительном учреждении с 14 декабря 2023 года, тогда как приговор в отношении него вступил в законную силу 7 ноября 2023 года.

Суд кассационной инстанции отменил приговор и апелляционное постановление в отношении А. в части разрешения вопроса о начале исчисления срока отбывания наказания, уголовное дело передал в суд первой инстанции на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст. ст. 396-399 УПК РФ (дело № 77-1538/2024).

 

Нарушения, допущенные при принятии судом

решения об освобождении от уголовной ответственности.

Вывод суда о прекращении уголовного дела

в связи с назначением судебного штрафа

не соответствует требованиям закона

По приговору Красноармейского районного суда г. Волгограда от 9 апреля 2024 года А. осуждена по ч. 1 ст. 291² УК РФ, ч. 3 ст. 327 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году ограничения свободы.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 5 июня 2024 года приговор отменён, уголовное дело в отношении А. прекращено на основании ст. 25¹ УПК РФ с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 15 000 рублей.

Суд кассационной инстанции указал, что, принимая решение об освобождении А. от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, суд апелляционной инстанции не учёл ряд обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела.

Так, суд второй инстанции не дал оценку тому обстоятельству, что преступления, в совершении которых обвинялась А., направлены против интересов государства (ч. 1 ст. 291² УК РФ) и порядка управления (ч. 3 ст. 327 УК РФ), а в качестве условия освобождения лица от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа законом предусмотрено полное возмещение этим лицом ущерба или заглаживание иным образом вреда, причинённого преступлением.

Кроме того, в апелляционном постановлении отсутствуют суждения о том, что А. были предприняты действия, свидетельствующие об изменении степени общественной опасности совершённых деяний.

Суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что решение суда апелляционной инстанции о прекращении уголовного дела в отношении А. с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа не соответствует требованиям закона, поскольку принесение извинений государству в лице государственного обвинителя и перечисление денежных средств участникам специальной военной операции не могут устранить наступившие последствия и снизить степень общественной опасности совершённых преступлений. Указанные действия А. не являются достаточным основанием для прекращения уголовного дела и освобождения от уголовной ответственности с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в соответствии с положениями ст. 76² УК РФ.

Апелляционное постановление отменено, уголовное дело передал на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-3317/2024).

По итогам повторного апелляционного рассмотрения 15 января 2025 года приговор  в отношении А. оставлен без изменения.

Выводы суда апелляционной инстанции о незначительности

суммы материального ущерба и отсутствии

существенного вреда для собственника повлияли на

законность принятого итогового решения по делу

По приговору Иловлинского районного суда Волгоградской области от 11 апреля 2024 года Ч. осуждён по ч. 1 ст. 161 УК РФ.

Согласно приговору Ч., работающий в АО «ПК» в должности оператора наладчика цеха убоя птицы, из корыстных побуждений взял с конвейерной ленты филе цыплёнка бройлера массой 6,42 кг., стоимостью 1498 рублей 63 копейки, которое упаковал и спрятал в куртку. При прохождении через КПП действия Ч. были замечены сотрудником охраны, который предложил Ч. выдать похищенное имущество. Однако Ч., понимая, что его действия обнаружены, повалил охранника на землю и покинул территорию предприятия, причинив предприятию материальный ущерб в размере 1498 рублей 63 копейки.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 13 июня 2024 года приговор отменён, уголовное дело в отношении Ч. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В обоснование принятого решения суд апелляционной инстанции указал, что обстоятельства совершения деяния, незначительная сумма материального ущерба (меньше установленного законом мелкого хищения), отсутствие в материалах дела доказательств того, что деяние причинило существенный вред интересам потерпевшего – юридического лица АО «ПК»,  либо иные общественно опасные последствия, не позволяют сделать вывод о том, что данное деяние обладает признаками общественной опасности, которые позволили признать его преступлением. Кроме того, суд первой инстанции учел поведение Ч., который сразу после совершения деяния стал ожидать сотрудников ЧОПа, которым выдал похищенное филе цыпленка, в дальнейшем внёс в кассу предприятия денежные средства в сумме 1498 рублей 63 копейки.

Дав оценку вышеизложенным обстоятельствам, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что совершённые Ч. действия, хотя формально и подпадают под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, но в силу их малозначительности не представляют достаточной общественной опасности и не являются преступлением.

Не согласившись с данными выводами, суд кассационной инстанции указал, что суд второй инстанции не учёл, что наличие в действиях виновного лица состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, не зависит от размера причинённого ущерба. Более того, положения ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ не предусматривают признание мелким хищение чужого имущества, совершённое путём грабежа. Выводы суда апелляционной инстанции о незначительности причиненного Ч. материального ущерба и отсутствии существенного вреда для собственника, противоречат нормам закона. Возмещение виновным имущественного вреда, причинённого преступлением, не влияет на признание совершённого им деяния малозначительным, а подлежит учёту при назначении наказания, что было сделано судом первой инстанции при назначении наказания.

Апелляционное постановление отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение (дело № 77-2630/2024). По итогам повторного рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции 27 ноября 2024 года приговор в отношении Ч. оставлен без изменения.

Выводы суда относительно отсутствия оснований

для применения примечания к ст. 291 УК РФ

противоречат фактическим обстоятельствам

По приговору Красноармейского районного суда г. Волгограда от 6 июня 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 15 августа 2023 года, С. осуждён по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 291 УК РФ с применением ст. 73 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей.

Судом кассационной инстанции установлено, что рассматривая ходатайство стороны защиты о прекращении в отношении С. уголовного дела на основании примечания к ст. 291 УК РФ, суд отказал в его удовлетворении, поскольку, несмотря на активное способствование последнего в раскрытии и расследовании преступления, о факте даче им взятки органам предварительного расследования стало известно в результате расследования уголовного дела в отношении иных лиц, а не в связи с обращением С. с явкой с повинной.

Выводы суда в данной части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Из материалов дела следует, что в изъятых и осмотренных в ходе расследования уголовного дела в отношении иных лиц медицинских документах отсутствовали какие-либо сведения о том, что отсрочка от призыва на военную службу была установлена С. за денежное вознаграждение. Впервые об указанном факте органам предварительного расследования стало известно из явки с повинной С., данной им 22 сентября 2020 года, в которой он сообщил о передаче им денежных средств определённому лицу для оформления отсрочки от прохождения воинской службы по состоянию здоровью.

Таким образом, информация о передаче взятки стала известна сотрудникам следствия именно от С. На момент его явки с повинной каких-либо оперативных мероприятий или следственных действий в отношении С. не проводилось. Факт изъятия медицинской карточки С. не указывает на получение отсрочки от призыва на военную службу за денежное вознаграждение. При этом, уголовное дело в отношении С. по факту дачи взятки возбуждено лишь 21 декабря 2022 года. В дальнейшем указанное уголовное дело в отношении С. выделено из уголовного дела, возбуждённого   23 марта 2022 года в отношении иных лиц, однако само постановление о возбуждении уголовного дела не содержит информации о передаче денежных средств С.   

Судом кассационной инстанции установлено, что С. обратился в правоохранительные органы с явкой с повинной не в связи с задержанием по подозрению в совершении данного преступления.

Кроме того, судом кассационной инстанции отмечено, что, опровергая в приговоре довод стороны защиты о том, что уголовное дело в отношении С. подлежит прекращению в связи с наличием предусмотренных примечанием к ст. 291 УК РФ обстоятельств, суд фактически указал на отсутствие в действиях С. активного способствования расследованию преступления и об отсутствии добровольности сообщения о преступлении, которое нельзя расценивать как явку с повинной. Вместе с тем, при назначении наказания С. суд признал в качестве смягчающих обстоятельств, в том числе явку с повинной и активное способствование расследованию уголовного дела, то есть были установлены необходимые обстоятельства, предусмотренные примечанием к ст. 291 УК РФ.

При таких обстоятельствах, выводы суда относительно отсутствия оснований для применения примечания к ст. 291 УК РФ и наличия таких смягчающих наказание обстоятельств, как явка с повинной и активное способствование расследованию уголовного дела содержат существенные противоречия, что повлияло на правильность применения уголовного закона.

Приговор и апелляционное определение отменены, уголовное дело в отношении С. прекращено на основании примечания к ст. 291 УК РФ, ч. 2 ст. 28 УПК РФ в связи с его деятельным раскаянием (дело № 77–437/2024).

 

Аналогичные нарушения, связанные с необоснованным отказом суда в применении примечания к ст. 291 УК РФ, ст. 204 УК РФ, выявлены судом кассационной инстанции по уголовным делам:

- в отношении К. и Ф., осуждённых по приговорам Волжского городского суда Волгоградской области  от 16 августа 2023 года и от 26 декабря 2023 года (дела №№ 77-2668/2024, 77-725/2024);

- в отношении К. и У., осуждённых по приговорам Центрального районного суда г. Волгограда от 31 июля 2023 года и 10 февраля 2023 года (дела №№ 77-2209/2024, 77-324/2024).

 

 Судом неверно оценены обстоятельства, свидетельствующие

о необходимости изменения категории преступления и

         прекращения уголовного дела в связи с примирением

По приговору Калачевского районного суда Волгоградской области  от 11 апреля 2023 года, изменённому апелляционным определением Волгоградского областного суда от 4 июля 2023 года, Ш.  осуждена по п. «г» ч. 3  ст. 158 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с возложением определённых обязанностей.

Судом кассационной инстанции указано, что при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции оставлены без внимания обстоятельства, свидетельствующие о необходимости изменения категории преступления и прекращения уголовного дела в отношении осуждённой в связи с примирением с потерпевшим.

Из материалов дела следует, что осуждённая Ш. воспользовалась найденной банковской картой потерпевшей, которую та потеряла, а затем расплатилась ею за покупки в магазинах на сумму 8499 рублей   37 копеек. Затем Ш. отказалась от дальнейшего совершения преступления, возвратила потерпевшей похищенные деньги и принесла извинения.

Как усматривается из приговора, суд признал смягчающими наказание Ш. обстоятельствами: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче на предварительном следствии показаний, способствующих расследованию, добровольное возмещение имущественного ущерба и принесение извинений потерпевшей, явка с повинной, пожилой возраст. Отягчающие наказание обстоятельства не установлены.

Помимо этого, суд учёл при назначении наказания данные о личности Ш., которая не состоит на учётах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах, положительно характеризуется по месту жительства, впервые привлекается к уголовной ответственности, является пенсионером по возрасту.

Суд первой инстанции пришёл к выводу, что оснований для изменения категории совершённого преступления на менее тяжкую не имеется, принимая во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также иные фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень общественной опасности преступления.

Между тем, в нарушение требований уголовно-процессуального закона, суд изложил данные суждения, не указав, каким образом эти обстоятельства повышают общественную опасность совершённого Ш. преступления, не принял во внимание фактические обстоятельства дела, согласно которым осуждённая сама установила владельца карты и в короткий промежуток времени до её вызова в правоохранительные органы вернула денежные средства потерпевшей.

Судебная коллегия, учитывая обстоятельства совершения преступления, данные о личности Ш., её возраст, совершение преступления впервые, добровольное возмещение причинённого преступлением вреда и другие смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, вид и размер назначенного наказания, посчитала возможным изменить категорию совершённого преступления с тяжкого на преступление средней тяжести.

По смыслу закона изменение категории преступления на менее тяжкую улучшает правовое положение осуждённой, поскольку преступление средней тяжести позволяет суду при наличии предусмотренных ст. 76 УК РФ оснований применить положения ст. 25 УПК РФ.

Как следует из материалов дела, потерпевшая обратилась в суд с ходатайством о прекращении уголовного дела в связи с примирением, пояснив, что Ш. в полном объёме возместила ей материальный ущерб, принесла извинения и претензий к осуждённой она не имеет. Сторона защиты, как и сама Ш., также просили о прекращении уголовного дела по указанным основаниям.

Исходя из установленных обстоятельств, при наличии всех предусмотренных ст. 76 УК РФ условий, суд кассационной инстанции указал, что имеются основания для отмены состоявшихся в отношении Ш. судебных решений и прекращения уголовного дела за примирением сторон.

Судом кассационной инстанции приговор и апелляционное определение в отношении Ш. отменены, изменена категорию преступления с тяжкого на преступление средней тяжести, уголовное дело прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон (дело № 77-106/2024).

Выясняя мнение подсудимого о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования, мировой судья не разъяснил правовые последствия прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям

Постановлением мирового судьи судебного участка № 129 Николаевского судебного района Волгоградской области от 29 марта 2023 года, изменённым апелляционным постановлением Николаевского районного суда Волгоградской области от 23 ноября 2023 года, уголовное дело в отношении  Х1 и Х2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Судом кассационной инстанции установлено, что мировой судья, выясняя мнение подсудимого Х1 о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования, не разъяснил ему правовые последствия прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям. Ввиду рассмотрения дела в порядке ч. 4 ст. 247 УПК РФ в отсутствие подсудимого Х2 указанные последствия ему также не были разъяснены.

Суд кассационной инстанции отменил судебные решения в отношении Х1 и Х2, передав уголовное дело на новое рассмотрение в суд второй инстанции (дело № 77-754/2024). При повторном рассмотрении уголовного дела мировым судьей судебного участка № 44 Палласовского района Волгоградской области допущенные нарушения устранены и 2 августа 2024 года принято решение о прекращении уголовного дела на основании ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.  

 

Нарушения уголовного закона, допущенные

при  рассмотрении вопроса о конфискации имущества

Судом не рассмотрен вопрос о конфискации

денежных средств виновного либо иного имущества

в размере полученного им незаконного вознаграждения

в порядке ст.ст. 104¹, 104² УК РФ

По приговору Центрального районного суда г. Волгограда от 4 декабря 2023 года, оставленному без изменения апелляционным определением Волгоградского областного суда от 14 февраля 2024 года, С. осуждена за 22 преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ, с применением  ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ к штрафу в размере 2 000 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно - распорядительных и административно - хозяйственных полномочий в медицинских врачебных комиссиях, сроком 4 года.

Суд кассационной инстанции указал, что С. осуждена за получение ею, как должностным лицом, через посредника 22-х взяток в виде денежных средств за незаконные действия. Вместе с тем,  суд не рассмотрел в приговоре вопрос о конфискации в порядке ст. ст. 104¹, 104² УК РФ денежных средств осуждённой либо иного имущества в размере полученного ею незаконного вознаграждения, в то время как деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ, подлежат принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства. В случае отсутствия либо недостаточности денежных средств, подлежащих конфискации взамен предмета, входящего в имущество, указанное в ст. 104¹ УК РФ, суд выносит решение о конфискации иного имущества, стоимость которого соответствует стоимости предмета, подлежащего конфискации, либо сопоставима со стоимостью этого предмета.

Кроме того суд кассационной инстанции указал на необоснованность решения суда первой инстанции об отмене обеспечительных мер в виде ареста имущества С., принятых в целях исполнения наказания в виде штрафа на основании постановления Центрального районного суда  г. Волгограда от 1 марта 2023  года.

Суд кассационной инстанции отменил приговор и апелляционное определение в отношении С. в части разрешения вопросов о конфискации имущества и ареста имущества, передав уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в порядке, установленном ст.ст. 396-399 УПК РФ (дело № 77-2891 2024).

 

Нарушения, связанные с рассмотрением

гражданского иска

 

  Отказ суда в удовлетворении гражданского иска

потерпевшего  в части взыскания морального вреда

не соответствует требованиям закона

 

По приговору Советского районного суда г. Волгограда от 27 июля 2022 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда от 26 июля 2023 года, У. осуждена по ч. 4 ст. 160 УК РФ.

Суд, отказывая в удовлетворении исковых требований потерпевшего в части взыскания возмещения компенсации морального вреда, сослался на то обстоятельство, что требования истца о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей не подлежат удовлетворению, поскольку совершённое У. в отношении ИП «К» преступление является имущественным, а указанные им в иске обстоятельства (длительное время добивался установления фактических обстоятельств хищения, назначая аудиторские проверки, получая объяснения от работников, участие во множественных следственных и судебных действиях, что отрывало его от работы и проведения времени с семьёй) сами по себе не могут расцениваться, как причинившие нравственные страдания.

Суд кассационной инстанции посчитал, что выводы суда, обосновывающие отказ в удовлетворении гражданского иска потерпевшего в части взыскания морального вреда, не соответствуют требованиям закона, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

 Приговор и апелляционное определение в части отказа в удовлетворении гражданского иска о компенсации морального вреда отменены, уголовное дело в этой части передано на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства (дело № 77-3394/24).

Нарушения, связанные с рассмотрением вопросов

о процессуальных издержках

 

Судом неверно определён порядок взыскания

процессуальных издержек 

 

По приговору Еланского районного суда Волгоградского области от 20 апреля 2023 года, изменённому  апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда от 29 июня 2023 года,  К. осуждён по ч. 1 ст. 228 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ,  п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ. Судом в приговоре разрешён вопрос о процессуальных издержках,  взысканы с К. в пользу законного представителя несовершеннолетней потерпевшей С. - К. процессуальные издержки, связанные с возмещением расходов на уплату услуг представителя.

Суд кассационной инстанции указал, что взыскание процессуальных издержек в пользу конкретных лиц, а не в доход государства, противоречит требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку они подлежат выплате из федерального бюджета Российской Федерации, и лишь потом, при отсутствии предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ оснований для полного или частичного освобождения К. от уплаты этих процессуальных издержек, они могли быть взысканы с осуждённого К.

Судебные акты в отношении К. в части принятого решения по процессуальным издержкам отменены, данный вопрос передан на новое судебное рассмотрение в порядке ст. ст. 397, 399 УПК РФ (дело № 77-12/2024).

Судом апелляционной инстанции неверно определён

размер процессуальных издержек

Постановлением Волгоградского областного суда от 1 июня 2023 года частично удовлетворено заявление адвоката Ш. об оплате его труда, постановлено выплатить из средств федерального бюджета в его пользу вознаграждение в сумме   3 120 рублей за осуществление защиты обвиняемой И. в суде апелляционной инстанции по назначению суда.

При определении размера  вознаграждения суд апелляционной инстанции руководствовался подп. «г» п. 22(1) Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда РФ, утвержденного постановлением Правительства РФ № 1240 от 1 декабря 2012 года (ред. от 14 сентября 2024 года).

Суд кассационной инстанции указал, что размер вознаграждения адвоката, участвовавшего при рассмотрении любого уголовного дела в кассационном суде общей юрисдикции, апелляционном суде общей юрисдикции, кассационном военном суде, апелляционном военном суде, верховном суде республики, краевом или областном суде, суде города федерального значения, суде автономной области, суде автономного округа, окружном (флотском) военном суде по назначению суда, необходимо определять в соответствии с подп. «а» п. 22(1) Положения.

 

Апелляционное постановление изменено, размер вознаграждения, подлежащего выплате адвокату за оказание юридической помощи обвиняемой И. увеличен до 4 472 рублей (дело № 77-356/2024).

 

Аналогичные нарушения выявлены судом кассационной инстанции в  решениях Волгоградского областного суда от 6 марта 2023 года, от 15 мая 2023 года, от 27 марта 2023 года, от 8 февраля 2023 года (дела №№ 77-2307/2024, 77-346/2024, 77-37/2024, 77-1615/2024).

Снижая сумму судебных расходов

при рассмотрении вопроса о возмещении

имущественного вреда, суд не привёл

мотивированных суждений

Постановлением Кировского районного суда г. Волгограда от 30 января 2023 года удовлетворено заявление А. о возмещении имущественного вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием. С Министерства финансов РФ в лице УФК по Волгоградской области за счёт казны Российской Федерации в пользу А. взыскано 600 000 рублей в счёт возмещения сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи.

Апелляционным постановлением Волгоградского областного суда от 13 апреля 2023 года судебное постановление изменено, взысканная в пользу А. в счёт возмещения понесённых расходов за оказание юридической помощи сумма уменьшена до 300 000 рублей.

Суд кассационной инстанции указал, что, приходя выводу о том, что необходимой и достаточной для оплаты юридической помощи является сумма в размере 300 000 рублей, суд апелляционной инстанции не привёл мотивов, по которым он переоценил выводы суда первой инстанции. При этом каких-либо новых обстоятельств, не учтённых судом первой инстанции при принятии решения, судом второй инстанции не установлено.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, снижая сумму имущественного вреда в два раза, не указал на основании каких критериев и методов он пришёл к такому выводу. Ссылка суда апелляционной инстанции на решение Совета Адвокатской палаты Волгоградской области от 15 марта 2019 года не может являться безусловным основанием для уменьшения размера оплаты услуг адвоката, поскольку в нём же указано, что при определении размера вознаграждения следует учитывать положения п. 4, 6, 7 ст. 25 Закона № 63-ФЗ, а также квалификацию и опыт адвоката, сложность работы, срочность и время её выполнения, другие обстоятельства, которые определяются сторонами при заключении соглашения. Более того, приведённые в данном решении размеры оплаты труда адвоката являются минимальными ставками, а не рыночными значениями стоимости юридических услуг, сложившимися в регионе.

Апелляционное постановление отменено, материал передал на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции (дело  № 77-357/2024). По итогам повторного апелляционного рассмотрения 25 июля 2024 года постановление суда первой инстанции оставлено без изменения.

Проведённый анализ кассационной практики показал, что судьями не всегда должным образом оцениваются доказательства по уголовным делам, в результате чего допускаются ошибки при квалификации действий осужденных, а в судебных решениях приводятся выводы, противоречащие фактическим обстоятельствам дела. Основанием к отмене или изменению некоторых решений явилась их немотивированность, допущенные ошибки арифметического характера при назначении наказания по совокупности преступлений.

В целях правильного применения уголовного закона и улучшения качества судебных решений судьям необходимо постоянно работать над повышением профессионального уровня, более тщательно изучать действующее законодательство, судебную практику Верховного Суда РФ и Четвертого кассационного суда общей юрисдикции. При составлении судебных решений приводить конкретные мотивы своих выводов, давать всестороннюю оценку исследованным доказательствам, доводам участников процесса, озвученным ими как в ходе рассмотрения уголовных дел в суде первой инстанции, так и в ходе апелляционного судопроизводства.

 

Судебная коллегия по уголовным делам

          Волгоградского областного суда