Волгоградский областной суд

1. Сформулированные страховщиком условия договора добровольного страхования имущества в случае, признаваемом полной гибелью застрахованного имущества, о расчете размера страхового возмещения, подлежащего выплате потребителю, не за вычетом действительной рыночной стоимости оставшихся у потребителя годных остатков, а за вычетом суммы максимального предложения, произвольно сделанного любым участником аукциона, является ничтожными.

Х. обратилась в суд с иском к страховой компании о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов. В обоснование требований указала, что 2 мая 2023 года между ней и ответчиком заключен договор добровольного страхования транспортного средства сроком действия с 2 мая 2023 года по 1 мая 2024 года. 24 мая 2023 года принадлежащему истцу автомобилю причинен ущерб.

В связи с наступлением страхового случая она обратилась к ответчику с заявлением, по итогам рассмотрения которого была произведена выплата страхового возмещения в размере 828 452 рубля.

Не согласившись с размером выплаченного страхового возмещения, истец обратилась к независимому оценщику, согласно заключению которого стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 1 609 043 рубля.

В связи с отказом в доплате ответчиком страхового возмещения, Х. обратилась к финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг в сфере страхования. В рамках рассмотрения обращения потребителя финансовым уполномоченным назначено проведение независимой экспертизы в экспертном учреждении, согласно заключению которого, рыночная стоимость транспортного средства истца составляет 2 346 500 рублей, стоимость годных остатков 704 654 рубля. Однако, решением финансового уполномоченного от 20 сентября 2023 года производство по ее обращению прекращено, поскольку сумма страхового возмещения превышает 500 000 рублей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, Х. просила суд взыскать с ответчика сумму страхового возмещения в размере 760 346 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей, расходы по оплате услуг независимого эксперта в размере 15 000 рублей, почтовые расходы в размере 372 рублей 82 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом.

Решением Дзержинского районного суда г.Волгограда от 12 декабря 2023 года в удовлетворении исковых требований Х. к страховой компании о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов отказано.

Судом первой инстанции было установлено, что 2 мая 2023 года между Х. и страховой компанией заключен договор добровольного страхования автомобиля по рискам «Ущерб» и «Хищение». Страховая сумма по договору индексируемая, неагрегатная и составляет 2 600 000рублей. Страховая премия в размере 124 548 рублей уплачена страхователем в полном объеме. Выгодоприобретателем является собственник транспортного средства.

Договор страхования заключен в соответствии с Правилами добровольного страхования транспортных средств и спецтехники № 171, утвержденными 21 декабря 2020 года (далее - Правила страхования).

Для случаев полной гибели застрахованного имущества пунктом 11.4.5 Правил страхования установлено, что стоимость годных остатков определяется на основании наивысшего оценочного предложения страховщику от аукциона/биржевой площадки (программная платформа, размещенная в интернете, предназначенная для реализации поврежденных транспортных средств большому количеству потенциальных профессиональных рыночных покупателей, гарантирующих покупку по результатам проведенной оценки). Стоимость годных остатков определяется в сборе; в случае, если торги признаны не состоявшимися по аукциону/биржевой площадке, определение стоимости годных остатков транспортного средства в сборе производится посредством расчетов независимой экспертной организации, привлеченной страховщиком.

24 мая 2023 года неизвестные лица повредили принадлежащее истцу транспортное средство. 29 мая 2023 года она направила в страховую компанию заявление о наступлении страхового случая, и в этот же день поврежденный автомобиль осмотрен страховщиком, о чем составлен акт.

14 июля 2023 года страховщик произвел выплату страхового возмещения в размере 828 452 рубля. При этом стоимость годных остатков определена страховой компанией путем проведения специализированных торгов на основании наивысшего оценочного предложения аукциона/биржевой площадки в соответствии с пунктом 11.4.5 Правил страхования. Максимальное предложение участника интернет-аукциона составило 1 465 000 рублей.

Обращаясь в суд с настоящим иском, Х. просила взыскать с ответчика страховое возмещение, исходя из рыночной стоимости годных остатков, установленной финансовым уполномоченным в рамках рассмотрения обращения истца.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции посчитал правильным определение стоимости годных остатков на основании наивысшего оценочного предложения аукциона/биржевой площадки, указав, что такой порядок установлен Правилами страхования, являющимися неотъемлемой частью договора страхования.

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда с таким выводом суда первой инстанции не согласилась по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно статье 943 названного кодекса условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования) (пункт 1).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 947 этого же кодекса установлено, что сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования или которую он обязуется выплатить по договору личного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными данной статьей.

Законом Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее - Закон об организации страхового дела) предусмотрено, что в случае утраты, гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в целях получения от него страховой выплаты в размере полной страховой суммы (пункт 5 статьи 10).

По смыслу приведенных положений закона, при добровольном страховании имущества стороны вправе определить порядок и условия страхового возмещения в случае полной гибели имущества, в результате которого страхователю выплачивается полная страховая сумма, а к страховщику переходит право на остатки поврежденного имущества (годные остатки).

Исходя из свободы договора, стороны также вправе договориться, что в этом случае годные остатки остаются у страхователя, вследствие чего полная страховая сумма уменьшается на их стоимость.

Вместе с тем в целях обеспечения действительной свободы договора и равенства сторон законом установлены определенные гарантии для стороны, которая в силу явного неравенства не способна повлиять на определение или изменение сформулированных контрагентом условий договора, в частности для заключения договора присоединения и для заключения лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, договора с гражданином-потребителем.

Так, в соответствии со статьей 428 Гражданского кодекса Российской Федерации договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом (пункт 1).

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения (пункт 2).

Правила, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (пункт 3).

Согласно статьей 16 Закона о защите прав потребителей, в действующей редакции данной статьи, недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Если включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, повлекло причинение убытков потребителю, они подлежат возмещению продавцом (изготовителем, исполнителем, импортером, владельцем агрегатора) в полном объеме в соответствии со статьей 13 данного закона.

Требование потребителя о возмещении убытков подлежит удовлетворению в течение десяти дней со дня его предъявления (пункт 1).

К таким условиям, в частности, относятся условия, которые предоставляют продавцу (изготовителю, исполнителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру, владельцу агрегатора) право на односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение условий обязательства (предмета, цены, срока и иных согласованных с потребителем условий), за исключением случаев, если законом или иным нормативным правовым актом Российской Федерации предусмотрена возможность предоставления договором такого права (подпункт 1 пункта 2), а также иные условия, нарушающие правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей (подпункт 15 пункта 2).

По настоящему делу условиями договора страхования, сформулированными страховщиком, в отличие от положений Закона об организации страхового дела, в случае, признаваемом полной гибелью застрахованного имущества, страховое возмещение, подлежащее выплате потребителю, определяется не за вычетом действительной рыночной стоимости оставшихся у потребителя годных остатков, а за вычетом суммы максимального предложения, произвольно сделанного любым участником аукциона. При этом данное предложение, на основании которого уменьшается страховое возмещение, является субъективным, сиюминутным и не имеет отношения к действительной стоимости годных остатков.

Указанные положения договора с точки зрения наличия либо отсутствия ущемления прав потребителя, а также его возможности либо невозможности повлиять на содержание этих условий договора оценки со стороны суда первой инстанции в нарушение требований статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не получили.

Между тем для правильного разрешения спора суду надлежало установить действительную стоимость годных остатков транспортного средства, поскольку только в таком случае возможно правильное определение размера страхового возмещения, подлежащего выплате потребителю.

Согласно пункту 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 года № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» стоимость годных остатков застрахованного имущества может быть определена в порядке, предусмотренном договором страхования (статья 421 ГК РФ). Вместе с тем такой порядок должен быть направлен на установление действительной рыночной стоимости имущества и отвечать принципам разумности и добросовестности, а также экономической обоснованности. В связи с этим, например, подлежат признанию ничтожными условия договора страхования, предусматривающие определение стоимости годных остатков на основе произвольно сделанного наиболее высокого предложения участника аукциона статья 10, 168 ГК РФ).

По общему правилу, при разрешении спора стоимость годных остатков определяется судом с учетом представленных сторонами доказательств, а также заключения судебной экспертизы.

При таких данных, решение суда первой инстанции было отменено, с принятием по делу нового решения о частичном удовлетворении исковых требований (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 4 сентября 2024 года, дело № 33-7100/2024).

2. Недоведение до потребителя информации о наличии в бывшем в употреблении автомобиле скрытых дефектов, наличие которых запрещает эксплуатацию транспортного средства, является основанием для взыскания с продавца стоимости устранения таких дефектов.

С. обратилась в суд с иском к ООО «А.» о взыскании денежных средств в качестве возмещения материального ущерба, вследствие приобретения автомобиля с недостатками, взыскании денежных средств в виде дополнительных расходов на ремонт автомобиля, убытков на оказание экспертных услуг, компенсации морального вреда и штрафа. В обоснование заявленных требований указала, что 13 ноября 2023 года на основании договора купли-продажи приобрела у ООО «А.» за 1 130 000 рублей транспортное средство, 2011 года выпуска. При приобретении транспортного средства сотрудники ответчика предупредили её, что автомобилю проведена предпродажная подготовка, автомобиль пригоден к эксплуатации, однако, рекомендовано заменить свечи зажигания и ряд запчастей, в связи с чем она обратилась к ИП Р., который произвел работы с автомобилем на общую сумму 26 900 рублей. Вместе с тем, после проведенных работ, недостатки в двигателе автомобиля устранены не были, в связи с чем она обратилась к эксперту в ООО «С.», который в заключении указал на наличие в двигателе автомобиля недостатков, являющихся критическими, при наличии которых использование автомобиля по назначению практически невозможно или недопустимо, стоимость устранения выявленных недостатков составляет 504 200 рублей.

Поскольку автомобиль имеет критические недостатки, которые не соответствуют условиям договора и не могут быть устранимы без несоразмерных расходов, то полагает, что имеет право на взыскание с ответчика стоимости устранения данных недостатков в размере 504 200 рубля.

Решением Советского районного суда г. Волгограда от 2 апреля 2024 года в удовлетворении исковых требований было отказано.

Как установлено судом первой инстанции 13 ноября 2023 года между ООО «А.» и С. заключен договор купли-продажи транспортного средства 2011 года выпуска, стоимостью 1 130 000 рублей. Согласно пунктам 1.6 и 1.7 Договора, на момент подписания договора покупателю известно, что транспортное средство не является новым, находилось в эксплуатации, в нем устранялись недостатки, имеющиеся в автомобиле неисправности указаны в разных частях договора. На момент подписания и исполнения договора покупатель в полной мере уведомлен о том, что продавец не предоставляет гарантию качества на автомобиль и на все составляющие его части (комплектующие изделия), поскольку автомобиль был в эксплуатации до подписания настоящего договора, покупатель поставлен в известность о том и согласен с тем, что по автомобилю, приобретаемому в установленном настоящим договором порядке, производилась оценка технического состояния и автомобиль имеет недостатки во всех узлах и агрегатах, покупатель не имеет претензий по наличию недостатков и неисправностей, продавец не несет ответственности и не принимает претензии за любые возможные дефекты или недостатки ходовой части (подвески), двигателя, трансмиссии, иных узлов и агрегатов, а также за дефекты лакокрасочного покрытия и коррозии, в том числе сквозной коррозии на любых элементах кузова автомобиля.

13 ноября 2023 года между ООО «А.» и С. подписан акт приема-передачи транспортного средства, в соответствии с которым транспортное средство передано продавцом в состоянии бывшем в употреблении, принято и осмотрено покупателем.

Истец, обращаясь в суд с настоящим иском указала, что качество приобретенного транспортного средства не соответствует условиям договора, поскольку в нем на момент продажи имелись недостатки, о существовании которых ответчик не предоставил покупателю полную и необходимую информацию, как не предоставил информацию о действительной стоимости устранения имеющихся в товаре недостатков, что повлекло неправильный выбор товара, с учетом требований к приобретаемому имуществу, бывшему в употреблении, так как автомобиль имеет технические недостатки, которые не позволяют его эксплуатировать надлежащим образом без дополнительных существенных затрат.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, установив, что автомобиль представлен истцу для осмотра до заключения договора и у истца была реальная возможность отказаться от заключения договора, поскольку она знала, как визуально выглядит автомобиль и была ознакомлена со всеми недостатками, указанными в приложении 2 к договору, а ответчиком исполнена обязанность по предоставлению в полном объеме необходимой информации потребителю и из буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений, а также с учетом последующего поведения покупателя, следует, что данный договор по своей правовой природе является консенсуальным договором купли-продажи и содержит ясно выраженное намерение истца приобрести у продавца конкретный автомобиль по конкретной цене, пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы с таким выводом суда первой инстанции не согласилась по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Из разъяснений, изложенных в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Согласно статье 470 Гражданского кодекса Российской Федерации товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются. Частью 2 статьи 469 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями.

В силу статьи 4 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется. Если продавец (исполнитель) при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), пригодный для использования в соответствии с этими целями.

На основании статьи 7 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке. Не допускается продажа товара (выполнение работы, оказание услуги), в том числе импортного товара (работы, услуги), без информации об обязательном подтверждении его соответствия требованиям, указанным в пункте 1 настоящей статьи.

Статьей 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 предусмотрено, что изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации. Если приобретаемый потребителем товар был в употреблении или в нем устранялся недостаток (недостатки), потребителю должна быть предоставлена информация об этом. В силу части 2 статьи 12 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 продавец (исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре (работе, услуге), несет ответственность, предусмотренную пунктами 1 - 4 статьи 18 или пунктом 1 статьи 29 настоящего Закона, за недостатки товара (работы, услуги), возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации.

В соответствии с частью 1 статьи 18 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе: потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом. При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя. В отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара.

Из материалов дела следует, что С. для приобретения транспортного средства обратилась в ООО «А.», где 13 ноября 2023 года стороны заключили договор купли-продажи транспортного средства 2011 года выпуска. Вместе с тем, заключенный договор купли-продажи и приложения к нему, не содержат условия о том, что приобретаемое транспортное средство не пригодно для эксплуатации и его невозможно использовать для приобретаемой цели, а содержат только перечисление агрегатов и деталей транспортного средства без указания конкретных повреждений и стоимости их устранения, учитывая то обстоятельство, что истец, являясь более слабой стороной и потребителем, не обладая специальными познаниями, обратилась за приобретением автомобиля в ООО «А.», которое согласно договору купли-продажи проводило предпродажную подготовку транспортного средства.

Для выявления причин неисправностей и периода их возникновения, истец обратилась в ООО «С.». Согласно заключению эксперта №21-12/С-В-2023 от 21 декабря 2023 года, в процессе исследования выявлены недостатки образовавшиеся до передачи транспортного средства покупателю, которые являются критическими, при наличии которых использование автомобиля по назначению практически невозможно или недопустимо.

Согласно материалам дела, 16 ноября 2023 года, т.е. до истечения 15 дней, истец обращалась в ООО «А.» с претензией об отказе от договора и возврате уплаченных денежных средств, однако, данная претензия оставлена без удовлетворения. Кроме того, истец обращалась к ответчику с претензией об оплате стоимости выявленных недостатков, вместе с тем ООО «А.» указанная в претензии сумма до настоящего времени в добровольном порядке не выплачена.

Поскольку при рассмотрении дела установлено и подтверждено выводами эксперта, заключение которого признано надлежащим и допустимым доказательством по делу, что присутствующие дефекты приобретенного истцом автомобиля, являются множественными причинами, запрещающими эксплуатацию транспортного средства и данные дефекты не связанны с нарушением истцом правил эксплуатации, т.е., ответчиком продан заведомо неисправный товар, со скрытыми дефектами, которые до истца в установленном законом порядке не доверены, однако, влияют непосредственно на безопасность движения автомобиля, а стоимость их устранения является существенной, в связи с чем при заключении договора данная информация могла повлиять на намерения потребителя по приобретению спорного автомобиля, то у суда первой инстанции, при указанных выше обстоятельствах, не имелось законных оснований для отказа в удовлетворении требований о взыскании ущерба, в связи с чем судебная коллегия пришла к выводу об отмене постановленного по делу решения, с принятием нового решения о частичном удовлетворении требований и взыскании с ответчика в пользу истца стоимости устранения указанных недостатков (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 24 июля 2024 года, дело № 33-8028/2024).

3. Установление вступившим в законную силу судебным решением незаконного характера действий должностного лица ФССП России, а также его вины, свидетельствует о нарушении прав истца, носящих неимущественный характер.

С. обратилась с иском к Министерству финансов в лице УФК по Волгоградской области, ФССП России о взыскании компенсации морального вреда. В обосновании требований указала, что решением Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 5 октября 2022 признаны незаконными действия заместителя начальника отделения – заместителя старшего судебного пристава Краснооктябрьского РОСП ГУФССП России по Волгоградской области Н., выразившиеся в отказе стороне исполнительного производства С. в удовлетворении заявления от 24 июля 2022 года об ознакомлении с материалами исполнительного производства, на должностное лицо возложена обязанность предоставить С. материалы исполнительного производства для ознакомления и снятия с них копий, при помощи личных технических средств.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец полагает, что действиями должностного лица ей был причинен моральный вред в виде нравственных страданий, которые выразились в разочаровании, ощущении беспомощности, унижении человеческого достоинства. Руководствуясь изложенным, просила взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Решением Центрального районного суда г. Волгограда от 1 апреля 2024 года в удовлетворении исковых требований было отказано.

Суд первой инстанции, разрешая заявленные требования, не усмотрел нарушения неимущественных прав истца и принял решение об отказе в удовлетворении заявленного иска.

С данным выводом судебная коллегия не согласилась в силу следующего.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (п. 80).

Согласно частью 1 статьи 50 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» стороны исполнительного производства вправе знакомиться с материалами исполнительного производства, делать из них выписки, снимать с них копии, представлять дополнительные материалы, заявлять ходатайства, участвовать в совершении исполнительных действий, давать устные и письменные объяснения в процессе совершения исполнительных действий, приводить свои доводы по всем вопросам, возникающим в ходе исполнительного производства, возражать против ходатайств и доводов других лиц, участвующих в исполнительном производстве, заявлять отводы, обжаловать постановления судебного пристава-исполнителя, его действия (бездействие), а также имеют иные права, предусмотренные законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве. До окончания исполнительного производства стороны исполнительного производства вправе заключить мировое соглашение, соглашение о примирении, утверждаемые в судебном порядке.

В силу части 1 статьи 121 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», постановления судебного пристава-исполнителя и других должностных лиц службы судебных приставов, их действия (бездействие) по исполнению исполнительного документа могут быть обжалованы сторонами исполнительного производства, иными лицами, чьи права и интересы нарушены такими действиями (бездействием), в порядке подчиненности и оспорены в суде.

Системное толкование приведенных положений закона позволяет сделать вывод о том, что действия судебного пристава-исполнителя должны быть направлены на законное исполнение требований исполнительного документа, с соблюдением прав и законных интересов всех сторон исполнительного производства.

На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания названной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с требованиями статей 1069, 150 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальные блага.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая вышеперечисленные нормы права и обстоятельства дела, судебная коллегия пришла к выводу, что вступившим в законную силу судебным решением установлен незаконный характер действий должностного лица ФССП России, выразившийся в отказе стороне исполнительного производства С. в удовлетворении ее заявления об ознакомлении с материалами исполнительного производства, а также вина должностного лица, чем были нарушены права истца, носящие неимущественный характер.

По этим основаниям, решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований С. было отменено, с постановлением по делу нового решения о частичном удовлетворении исковых требований (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 12 сентября 2024 года, дело № 33-9980/2024).

4. Обязанность доказать соответствие предоставляемого жилого помещения техническим и санитарным нормам, уровню благоустроенности возлагается на орган местного самоуправления, предоставляющий жилое помещение маневренного фонда для временного проживания граждан, чьи жилые помещения признаны аварийными и подлежащими сносу.

Администрация Волгограда обратилась в суд с иском к К. о выселении из жилого помещения с предоставлением жилого помещения муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда.

В обоснование заявленных требований указала, что ответчик К. является собственником жилого помещения (комнаты) №10 в доме №16 по ул. Ж. г. Волгограда.

26 августа 2019 года межведомственной комиссией по оценке состояния жилых помещений жилищного фонда РФ, многоквартирных домов, находящихся в федеральной собственности, и муниципального жилищного фонда, частного жилищного фонда выявлены основания для признания многоквартирного дома, расположенного по адресу: г. Волгоград, ул. Ж., д. 16, аварийным и подлежащим сносу.

2 декабря 2019 года администрацией Волгограда издано постановление №1379 «О признании многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: г. Волгоград, ул. Ж., д. 16, аварийным и подлежащим сносу».

В связи с ухудшением технического состояния аварийного многоквартирного дома, с учетом позиции органов прокуратуры Волгограда всем гражданам неоднократно, в том числе в течение 2023 года, предлагались помещения муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда. В частности, К. предлагалось жилое помещение, расположенное по адресу: г. Волгоград, ул. С., д. 1б, корпус 1, ком. 238, которое соответствует требованиям, предъявляемым частью 1 статьи 106 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Также ответчику предлагались для временного переселения иные варианты жилых помещений маневренного жилого фонда, от которых К. также отказалась.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, администрация просила суд выселить К. из жилого помещения (комнаты) 10 в доме 16 по ул. Ж. г. Волгограда в жилое помещение муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда, расположенное по адресу: г. Волгоград, ул. С., д. 1б, корпус 1, ком. 238.

Решением Тракторозаводского районного суда г. Волгограда от 3 мая 2024 года исковые требования администрации Волгограда были удовлетворены.

Установив, что дом №16 по ул. Ж. г. Волгограда находится в аварийном состоянии, его техническое состояние ухудшается, что является опасным для жизни и здоровья проживающих в нем граждан, предоставляемое ответчику жилое помещение муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда, расположенное по адресу: г. Волгоград, ул. С., д. 1б, корпус 1, ком. 238, общей площадью 17,0 кв.м., жилой площадью 17,0 кв.м., соответствует требованиям, предъявляемым частью 1 статьи 106 Жилищного кодекса Российской Федерации, суд удовлетворил исковые требования и выселил К. из жилого помещения, расположенного по адресу: г. Волгоград, ул. Ж., д. 16, комната 10, в жилое помещение муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда, расположенное по адресу: г. Волгоград, ул. С., д. 1б, корпус 1, комната 238.

Судебная коллегия не согласилась с таким выводом суда первой инстанции и, отменяя решение суда первой инстанции, указала следующее.

В силу пункта 3 части 1 статьи 92 Жилищного кодекса Российской Федерации к жилым помещениям специализированного жилищного фонда относятся помещения маневренного фонда.

Специализированные жилые помещения не подлежат отчуждению, передаче в аренду, внаем, за исключением передачи таких помещений по договорам найма, предусмотренным настоящим разделом (часть 3 статьи 92 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 95 Жилищного кодекса Российской Федерации жилые помещения маневренного фонда предназначены для временного проживания граждан, у которых жилые помещения стали непригодными для проживания, в том числе в результате признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции.

Как предусмотрено пунктом 3.1 части 2 статьи 106 Жилищного кодекса Российской Федерации, договор найма жилого помещения маневренного фонда заключается на период до завершения расчетов с гражданами, указанными в пункте 3.1 статьи 95 настоящего Кодекса, либо до предоставления им жилых помещений, но не более чем на два года.

Согласно пункту 7 Правил отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду и типовых договоров найма специализированных жилых помещений, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 января 2006 года №42, маневренный фонд может состоять из многоквартирных домов, а также квартир и иных жилых помещений. Жилое помещение маневренного фонда предоставляется гражданам из расчета не менее 6 кв. метров жилой площади на 1 человека.

На основании пункта 1.4 Порядка формирования муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда и предоставления жилых помещений муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда, утвержденного решением Волгоградской городской Думы от 16 апреля 2014 года № 12/326 жилое помещение муниципального маневренного жилищного фонда Волгограда должно быть пригодным для проживания граждан (должно отвечать установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям действующего законодательства Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и подтверждается фотоматериалами, жилое помещение маневренного фонда (комната), в которое истец просит выселить ответчика, находится на втором этаже в доме, имеющем коридорную секционную систему. Дом по адресу: г. Волгоград, ул. С., д. 1б, корпус 1 состоит из жилых комнат, выходящих в общий коридор, имеется блок с туалетом, умывальником, также истцом указано на наличие помещения, предназначенного для приготовления пищи.

В соответствии с пунктом 13 Типового договора найма жилого помещения маневренного фонда, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 26 января 2006 года № 42 наймодатель обязан, в том числе: передать нанимателю свободное от прав иных лиц и пригодное для проживания жилое помещение в состоянии, отвечающем требованиям пожарной безопасности, санитарно-гигиеническим, экологическим и иным требованиям; принимать участие в надлежащем содержании и ремонте общего имущества в многоквартирном доме, в котором находится жилое помещение; обеспечивать предоставление нанимателю коммунальных услуг.

В силу пункта 6 вышеуказанного Типового договора наниматель имеет право на пользование общим имуществом в многоквартирном доме.

В суде первой и апелляционной инстанции сторона ответчика возражала против переселения в комнату №238 по ул. С. 1б г. Волгограда, поскольку там не оборудовано отдельное помещение для приготовления пищи (не установлены плиты для приготовления пищи, мойки и прочее), в соседнем помещении расположено офисное помещение, блок с туалетом, умывальником покрыты плесенью и грибком от неоднократных затоплений.

Из доказательств, представленных суду первой инстанции, а также приобщенных судебной коллегией на основании пунктов 33, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» новых доказательств: акта осмотра от 6 августа 2024 года с участием представителей ответчика и представителя МКУ «Служба по обеспечению реализации жилищной политики» и фототаблицы, следует, что стены и потолок в блоке с помещениями туалета и умывальника, сами помещения туалета и умывальника покрыты плесенью, черным налетом, имеют следы неоднократных затоплений. Помещение, которое должно быть предназначено для приготовления пищи, находится в непригодном для указанных целей состоянии, захламлено, имеет следы разрушения штукатурки, плитки, в нем отсутствует газовое оборудование, газовые или электрические плиты, раковины и другое оборудование, которым должно быть оснащено помещение для приготовления пищи.

Обязанность доказать соответствие предоставляемого жилого помещения техническим и санитарным нормам и уровню благоустроенности возлагается на орган местного самоуправления, предоставляющий жилое помещение маневренного фонда для временного проживания на период до завершения расчетов с гражданами, указанными в пункте 3.1 статьи 95 Жилищного кодекса Российской Федерации, либо до предоставления им жилых помещений, чего истцом в настоящем споре сделано не было.

Исходя из имеющихся в деле доказательств, судебная коллегия пришла к выводу, что предлагаемое ответчику жилое помещение маневренного фонда не отвечает требованиям благоустроенности предоставляемого помещения и не соответствует техническим и санитарным требованиям. Доказательств обратному истцом, заявившим требования о выселении, в нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

На основании вышеизложенного решение суда первой инстанции было отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 15 августа 2024 года, дело № 33-8357/2024).

5. Государственные награды, которых был удостоен наследодатель и на которые распространяется законодательство о государственных наградах Российской Федерации, не входят в состав наследства. Передача указанных наград после смерти награжденного другим лицам осуществляется в порядке, установленном законодательством о государственных наградах Российской Федерации.

К. обратился в суд с иском к ответчику К.Л.Н. об истребовании государственной награды из чужого незаконного владения, мотивированным тем, что истец приходится дедушкой, а ответчик – сестрой К.В.Н., погибшему в ходе проведения специальной военной операции на территории Украины в феврале 2022 года. Указом Президента Российской Федерации К.В.Н. посмертно награжден орденом Мужества. 30 августа 2022 года истцом была составлена расписка о получении на хранение указанной государственной награды и удостоверения к ней. Однако фактически орден Мужества и удостоверение 24 сентября 2022 года были переданы ответчику. Полагая, что основания для нахождения государственной награды у ответчика отсутствуют, просил обязать ответчика вернуть ему орден Мужества № 78342 и удостоверение к нему № 791259, которым был посмертно награжден К.

Решением Николаевского районного суда Волгоградской области от 20 марта 2024 года в удовлетворении исковых требований К. было отказано.

Судом апелляционной инстанции установлено, что 24 февраля 2022 года К.В.Н., являвшийся военнослужащим Вооруженных Сил Российской Федерации, погиб, принимая участие в специальной военной операции на территории Украины.

Указом Президента Российской Федерации от 10 марта 2022 г. № 109сс К.В.Н. награжден орденом Мужества.

Истец К. приходится дедушкой, ответчик К.Л.Н. – сестрой погибшему К.В.Н.

Решением Николаевского районного суда Волгоградской области от 4 декабря 2006 года родители ответчика К.Л.Н. и погибшего К.В.Н. были лишены родительских прав в отношении дочери и сына.

На основании постановления главы Николаевского муниципального района Волгоградской области от 15 января 2007 г. № 28 над несовершеннолетними К.В.Н. и К.Л.Н. была установлена опека, опекуном назначен истец К.

Согласно расписке от 30 августа 2022 г. орден Мужества № 78342, которым посмертно был награжден К.В.Н., и удостоверение к ордену № 791259 были получены на хранение истцом К.

При этом факт нахождения ордена и удостоверения у ответчика К.Л.Н. стороной ответчика не оспаривается.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, основываясь на материалах прокурорской проверки, проведенной по заявлению истца, и объяснениях лиц, участвующих в деле, исходил из того, что, поскольку орден Мужества был передан К.Л.Н. с ведома и согласия истца К., основания для истребования указанной государственной награды и документа к ней у близкой родственницы и наследницы умершего награжденного лица отсутствуют.

Судебная коллегия не согласилась с выводом суда по следующим основаниям.

Указом Президента Российской Федерации от 7 сентября 2010 г. № 1099 «О мерах по совершенствованию государственной наградной системы Российской Федерации» орден Мужества включен в государственную наградную систему Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1185 Гражданского кодекса Российской Федерации государственные награды, которых был удостоен наследодатель и на которые распространяется законодательство о государственных наградах Российской Федерации, не входят в состав наследства. Передача указанных наград после смерти награжденного другим лицам осуществляется в порядке, установленном законодательством о государственных наградах Российской Федерации.

Пунктом 44 Положения о государственных наградах Российской Федерации, утвержденного вышеуказанным Указом Президента Российской Федерации от 7 сентября 2010 г. № 1099 (далее – Положение) определен круг лиц, которые по поручению Президента Российской Федерации и от его имени могут вручать государственные награды.

К их числу относятся командиры воинских частей, командующие объединениями, а также иные должностные лица, определяемые руководителем соответствующего федерального органа исполнительной власти или федерального государственного органа, в котором предусмотрена военная служба (подпункт «ж»).

В соответствии с пунктом 47 Положения государственные награды и документы к ним умерших награжденных лиц и лиц, награжденных посмертно, передаются (вручаются) для хранения детям, супруге (супругу), родителям или внукам, наследникам награжденного лица последующих очередей, определенным законодательством Российской Федерации (далее - члены семьи и иные близкие родственники).

Согласно пункту 48 Положения хранение государственных наград и документов к ним осуществляется награжденными лицами. Указанные лица должны обеспечить бережное хранение государственных наград и документов к ним.

Пунктом 50 Положения установлено, что в случае смерти награжденных лиц государственные награды и документы к ним хранятся у членов семьи или при их отсутствии у иных близких родственников. При отсутствии членов семьи и иных близких родственников государственные награды и документы к ним подлежат возврату в Администрацию Президента Российской Федерации.

Имеющейся в деле распиской, письменными объяснениями военного комиссара Волгоградской области, военного комиссара Николаевского и Быковского районов Волгоградской области, а также протоколом передачи государственной награды Российской Федерации и документа к ней семье посмертно награжденного, копия которого с целью проверки доводов жалобы и установления юридически значимых обстоятельств принята и исследована судебной коллегией в качестве дополнительного (нового) доказательства, достоверно подтверждается, что орден Мужества № 78342, которым был посмертно награжден К.В.Н., и удостоверение к ордену № 791259 были переданы истцу военным комиссаром Волгоградской области 30 августа 2022 года. Сведениями о передаче государственной награды ответчице К.Л.Н. военные комиссары не располагают, документы, удостоверяющие передачу ордена на хранение ответчику не оформлялись, в материалах дела они отсутствуют.

Судебная коллегия также отметила, что, поскольку посмертно награжденный К.В.Н. не имел детей, супруги, внуков, а его родители были лишены в отношении него родительских прав, орден Мужества и удостоверение к нему были правомерно переданы на хранение истцу К., относящемуся, как и ответчик, к наследникам второй очереди (статья 1143 Гражданского кодекса Российской Федерации) и являвшемуся опекуном погибшего до достижения последним совершеннолетия.

Кроме того, документально оформленная передача ордена истцу возлагает на него обязанность по обеспечению бережного хранения государственной награды и, как следствие, наделяет его правом на истребование ордена и документа к нему из владения лица, не уполномоченного на их хранение.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам решение Николаевского районного суда Волгоградской области от 4 июля 2024 года отменено, принято по делу новое решение, которым исковые требования К. к К.Л.Н. об истребовании государственной награды из чужого незаконного владения удовлетворены (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 4 июля 2024 года, дело № 33-6385/2024).

Семейно-правовые споры

6. Срок давности по искам к наследникам должника о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам от 11 сентября 2024 года отменено решение Городищенского районного суда Волгоградской области от 06 июня 2024 года об отказе в удовлетворении исковых требований НАО ПКО «Первое клиентское бюро» к А.Р.В. о взыскании задолженности по кредитному договору.

НАО ПКО «Первое клиентское бюро» обратилось в суд с указанным иском, в котором просило суд взыскать с установленных судом наследников умершего С.А.А. солидарно за счет наследственного имущества задолженность по кредитному договору №605152291 от 08 декабря 2016 года за период с 10 марта 2021 года по 08 декабря 2021 года в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества в размере 215 958 рублей 95 копеек, а также уплаченную государственную пошлину в размере 5 360 рублей.

Судом к участию в деле в качестве ответчика была привлечена А.Р.В.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из пропуска истцом срока исковой давности для обращения в суд с указанными требованиями.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда не согласилась, отменив решение с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с п. 24 Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Отменяя решение, суд апелляционной инстанции указал, что выводы суда первой инстанции были основаны только на пропуске истцом срока исковой давности без исследования фактических обстоятельств по делу, согласно которым при исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, срок исковой давности подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Таким образом, судебная коллегия установила, что согласно графику платежей, возврат суммы займа по спорному кредитному договору осуществляется ежемесячными платежами, днем погашения суммы займа установлено 10-е число каждого месяца. Истцом заявлены требования о взыскании задолженности по кредитному договору за период с 10 марта 2021 года по 08 декабря 2021 года. 22 февраля 2024 года истец сдал исковое заявление в организацию почтовой связи для направления в суд.

Исходя из изложенных обстоятельств и норм права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что срок исковой давности, составляющий 3 года, на момент обращения с настоящим иском не истек, по периодическим платежам начиная с 22 февраля 2021 года, в связи с чем, истец вправе требовать взыскания с ответчика задолженности по кредитному договору в пределах трехлетнего срока исковой давности до момента обращения с иском в суд (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 11 сентября 2024 года, дело № 33-9873/2024).

Земельно-правовые споры

7. В делах об оспаривании проекта межевания земельного участка либо замечаний на проект межевания требуются специальные познания, в связи с чем для проверки доводов сторон судам необходимо назначать судебные землеустроительные экспертизы.

АО «К.» обратилось в суд с иском к Г., В., Ф. и другим гражданам о признании возражений на проект межевания необоснованным.

В обоснование заявленных требований указало, что АО «К.» является собственником и арендатором земельного участка сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером №60, а именно истцу принадлежит на праве собственности 21680/126015 долей.

Кадастровым инженером Ч. был подготовлен проекта межевания от 2 октября 2023 года, согласно которому из исходного участка в счет выдела в натуре 21680/126015 земельных долей образуется один земельный участок №У1, площадью 2 168 000 кв.м., единоличным собственником которого является АО «К.».

Информационное извещение о необходимости согласования Проекта межевания земельного участка было опубликовано в общественно-политической газете от 10 октября 2023года.

Кадастровым инженером Ч. от сособственников исходного участка - ответчиков по настоящему делу было получено возражение относительно размера и местоположения границ земельного участка, выделяемого в счет земельных долей в исходном участке, датированное 8 ноября 2023 года.

Между тем истец не согласился с возражениями ответчиков, в связи с чем просил признать их необоснованными относительно размера и местоположения границ земельного участка, выделяемого в счет земельных долей из земельного участка с кадастровым номером №60 согласно проекту межевания от 2 октября 2023года, подготовленному кадастровым инженером Ч.

Решением Октябрьского районного суда Волгоградской области от 19 февраля 2024 года в удовлетворении исковых требований было отказано.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что межевой план составлен с нарушением требований нормативно-правовых актов, определение местоположения выделяемого земельного участка в соответствии с представленным проектом межевания нарушает права иных сособственников исходного земельного участка.

Судебная коллегия не согласилась с таким выводом суда первой инстанции, поскольку, не обладая специальными познаниями, суд сделал вывод о том, что выделяемый земельный участок создаст препятствия для комплексного освоения обрабатываемой площади земельных угодий, затруднит доступ к оставшимся земельным участкам, неправильная форма земельного участка делает невозможным использованием исходного земельного участка, принадлежащего на праве общей долевой собственности другим собственникам из-за вклинивания или вкрапливания, представленный проект межевания, по мнению суда, не позволяет обеспечить свободный доступ проезду от земель общего пользования как к выделяемому, так и к исходному земельному участку.

В соответствии с частью 1 статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В целях проверки доводов апелляционной жалобы, установления обстоятельств, имеющих юридическое значение при разрешении настоящего спора, в соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции по ходатайству представителя истца была назначена судебная землеустроительная экспертиза.

Согласно заключению эксперта образование земельного участка №У1, площадью 2168000 кв.м., в результате выдела из земельного участка сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером №60, согласно проекту межевания, выполненному кадастровым инженером Ч., не приведет к вклиниванию, вкрапливанию, изломанности границ, чересполосице, а также к недостаткам землепользования, препятствующим рациональному использованию земель сельского назначения ( в том числе к невозможности свободного доступа к земельным участкам техники от земель общего пользования).

При таких обстоятельствах, признав доводы ответчиков, изложенные в возражениях от 8 ноября 2023 года, о том, что в результате выдела спорного земельного участка имеет место вклинивание, чересполосица, вкрапливание, изломанность, неудобства в использовании другого земельного участка и другие препятствующие рациональному использованию и охране земель недостатки, а также утверждение о том, что в случае осуществления выдела земельной доли АО «К.» в соответствии с представленным проектом межевания будут нарушены права остальных участников общей долевой собственности, противоречащими выводам произведенной по делу судебной экспертизы, судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции, удовлетворив требования АО «К.» (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 4 сентября 2024 года, дело № 33-5885/2024).

Социально-правовые споры

8. Для признания супруга умершего (погибшего) военнослужащего находившимся на иждивении в целях назначения пенсии по случаю потери кормильца по статье 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей" необходимо установление одновременно следующих условий: нетрудоспособности супруга на день смерти (гибели) кормильца и нахождения его на полном содержании умершего (погибшего) или получения от него помощи, которая была для супруга постоянным и основным источником средств к его существованию. Отсутствие одного из указанных условий исключает возможность признания супруга умершего (погибшего) военнослужащего иждивенцем в целях пенсионного обеспечения по случаю потери кормильца.

Щ. обратилась в суд с иском к территориальному органу МВД России об установлении факта нахождения ее на иждивении мужа Щ.

В обоснование заявленных требований указала, что с 15 декабря 1992 года состояла с ним в браке и проживала совместно до его смерти – 22 июля 2022года Щ. являлся пенсионером МВД по выслуге лет, доход супруга был значительно больше, чем у нее, и был постоянным и основным источником дохода.

В настоящее время ей исполнилось 55 лет, признание факта нахождения на иждивении Щ. необходимо для получения пенсии по случаю потери кормильца.

Щ., ссылаясь на положения Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей" (далее - Закон от 12 февраля 1993 года № 4468-I), указывала, что установление факта нахождения ее на иждивении мужа Щ., умершего 22 июля 2022 года, необходимо для назначения ей пенсии по случаю потери кормильца.

Щ. просила суд установить ее нахождение на иждивении у Щ., умершего 22 июля 2022 года не менее одного года до его смерти.

Решением Урюпинского городского суда Волгоградской области от 23 апреля 2024 года (№ 2-253/2024), исковые требования Щ. удовлетворены. Признавая факт нахождения истца на иждивении своего мужа Щ., умершего 22 июля 2022 года установленным, суд исходил из того, при жизни Щ. оказывал своей жене – Щ. постоянную материальную помощь, которая являлась для нее постоянным и основным источником средств к существованию, пришел к выводу о том, что истец в соответствии с требованиями статей 28 - 30 Закона № 4468-1 обладает правом на назначение пенсии по случаю потери кормильца как нетрудоспособный член семьи умершего сотрудника, состоявший на его иждивении.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик подал апелляционную жалобу с просьбой об отмене решения суда, указывая на неправильное применение судом норм материального и процессуального права. Полагает, что отсутствуют основания для удовлетворения требований, поскольку на день смерти Щ. его супруга Щ. являлась трудоспособной.

Судебная коллегия по гражданским делам отменила состоявшееся по делу судебное постановление по следующим основаниям.

При обращении в суд с требованием об установлении факта нахождения ее на иждивении мужа Щ., умершего 22 июля 2022 года, Щ. в качестве правовых последствий установления названного факта указывала на возможность получения ею пенсии по случаю потери кормильца, выплачиваемой членам семьи умершего кормильца на основании Закона от 12 февраля 1993 года №4468-I.

Статьей 1 названного закона определен круг лиц, на которых распространяется действие данного закона. В их числе названы лица, проходившие службу в органах внутренних дел.

Частью 2 статьи 5 этого закона предусмотрено, что в случае гибели или смерти лиц, указанных в статье 1 данного закона, их семьи при наличии условий, предусмотренных этим законом, приобретают право на пенсию по случаю потери кормильца.

Условия, определяющие право на пенсию по случаю потери кормильца, установлены в статье 28 Закона от 12 февраля 1993 года № 4468-I, согласно которой пенсия по случаю потери кормильца, в частности, семьям пенсионеров из числа лиц, указанных в статье 1 этого закона, назначается, если кормилец умер в период получения пенсии или не позднее 5 лет после прекращения выплаты ему пенсии.

Частью 1 статьи 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 определено, что право на пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умерших (погибших) лиц, указанных в статье 1 поименованного закона, состоявшие на их иждивении.

Нетрудоспособными членами семьи в силу пункта "б" части 3 статьи 29 Закона от 12 февраля 1993 года № 4468-I считаются: отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщины - 55 лет, либо являются инвалидами.

Приведенные нормативные положения судом первой инстанции применены неправильно.

Из материалов дела следует, что на момент смерти супруга, Щ. являлась трудоспособной (ей было 53 года), сведений о том, что она имела ограничения в трудоспособности (инвалидность) материалы дела не содержат.

Ввиду того, что право на получение пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной Законом от 12 февраля 1993 года № 4468-I, в силу приведенного выше правового регулирования, имеют члены семьи умершего кормильца, являющиеся на момент его смерти нетрудоспособными и находившиеся на его иждивении, а Щ. на момент смерти ее мужа (22 июля 2022 года) не достигла возраста 55 лет, то есть являлась трудоспособным членом семьи умершего Щ., установление в судебном порядке факта нахождения истца на иждивении умершего супруга не влечет для нее юридических последствий в виде права на пенсию по случаю потери кормильца.

Вывод суда первой инстанций о наличии оснований для установления факта нахождения Щ. на иждивении ее супруга Щ. не соответствует подлежащим применению нормам права.

Апелляционным определением от 7 августа 2024 года решение суда отменено, с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований (№ 33-7921/2024).

Процессуальные вопросы

9. При разрешении вопросов, касающихся оплаты государственной пошлины лицами, находящимися в учреждениях уголовно-исполнительной системы и заявившими об освобождении от уплаты государственной пошлины, либо ее отсрочки, суду для правильного разрешения такого ходатайства необходимо предложить истцу представить сведения о наличии/отсутствии денежных средств на лицевом счете и принять решение с учетом правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июня 2006 года № 274-О.

Б. обратился в суд с иском к УНК ГУ МВД России по Волгоградской области, Министерству финансов РФ о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда. Одновременно истцом заявлено ходатайство об отсрочке в уплате государственной пошлины.

Определением судьи от 16 апреля 2024 года поданное исковое заявление оставлено без движения, заявителю предоставлен срок до 13 мая 2024 года для исправления указанных в определении недостатков. В удовлетворении ходатайства об отсрочке уплаты государственной пошлины отказано.

Отказывая в удовлетворении заявления об отсрочке уплаты государственной пошлины и оставляя исковое заявление Б. без движения, суд первой инстанции указал, что к исковому заявлению не приложен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины, при этом, заявляя ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины, заявителем не представлено подтверждающих документов об отсутствии у него денежных средств, достаточных для ее оплаты.

Указав, что в установленный судом срок не были устранены недостатки, указанные в определении об оставлении искового заявления без движения, суд первой инстанции возвратил Б. исковое заявление.

С такими выводами суд апелляционной инстанции не согласился на основании следующего.

Конституция Российской Федерации каждому гарантирует судебную защиту его прав и свобод (часть 1 статьи 46).

Право на судебную защиту подразумевает создание условий для эффективного и справедливого разбирательства дела, реализуемых в процессуальных формах, регламентированных федеральным законом.

В рассматриваемом случае, возвращая Б. исковое заявление, суд не учел, что в обоснование заявления последнего об освобождении от уплаты государственной пошлины или предоставления ему отсрочки в уплате государственной пошлины Б. ссылался на то, что отбывает наказание в местах лишения свободы, дохода не имеет, также просил суд оказать ему содействие в истребовании доказательств, в том числе копии приговора.

Однако, судом при разрешении ходатайств истца данные обстоятельства в полной мере учтены не были, к разрешению ходатайств истца суд подошел формально, тогда как, суду для правильного разрешения ходатайства необходимо было предложить истцу предоставить сведения о наличии денежных средств на лицевом счете истца, с учетом его статуса осужденного лица, установив достаточный срок для представления таких сведений.

Также судом не принята во внимание правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 13 июня 2006 года № 274-О, о том, что отсутствие денежных средств на лицевом счете у лиц, осужденных к наказанию в виде лишения свободы и находящихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, не должно препятствовать осуществлению ими права на защиту.

Данная правовая позиция применима при разрешении вопросов, касающихся оплаты государственной пошлины, в случае подтверждения материального положения, не позволяющего самому истцу исполнить возложенную на него процессуальную обязанность.

При таких обстоятельствах определение судьи было отменено, материал возвращен в суд первой инстанции для решения вопроса о принятии иска к производству суда (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 13 сентября 2024 года, дело №33-10561/2024).

10. Подсудность споров, по которым ответчиком выступает иностранный гражданин, в собственности которого имеется имущество, находящееся на территории Российской Федерации, определяется местом нахождения такого имущества.

Прокурор обратился в суд с иском в интересах М к П. о взыскании ущерба, причиненного преступлением.

До рассмотрения дела по существу от представителя ответчика С. поступило ходатайство о передаче дела по подсудности в Центральный районный суд г. Волгограда.

Определением Дзержинского районного суда г. Волгограда от 30 июня 2023 года в удовлетворении ходатайства было отказано.

Оспаривая определение суда первой инстанции, представитель ответчика в частной жалобе указала, что ответчик является иностранным гражданином – гражданином республики Армения. При этом российского гражданства, а также места жительства на территории Российской Федерации не имеет. Считает, что настоящий спор, исходя из доводов искового заявления, подлежит рассмотрению по правилам подсудности Центральным районным судом г. Волгограда, поскольку вред причинен на территории данного района.

Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с доводами частной жалобы и оставляя в силе определение суда первой инстанции, исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если иное не установлено правилами настоящей главы, подсудность дел с участием иностранных лиц судам в Российской Федерации определяется по правилам главы 3 настоящего Кодекса.

Суды в Российской Федерации рассматривают дела с участием иностранных лиц, если организация-ответчик находится на территории Российской Федерации или гражданин-ответчик имеет место жительства в Российской Федерации (часть 2 статьи 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суды в Российской Федерации вправе также рассматривать дела с участием иностранных лиц в случае, если ответчик, в том числе, имеет имущество, находящееся на территории Российской Федерации.

В силу статьи 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации.

На основании части 1 статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иск к ответчику, место жительства которого неизвестно или который не имеет места жительства в Российской Федерации, может быть предъявлен в суд по месту нахождения его имущества или по его последнему известному месту жительства в Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции, ответчик П. не является гражданином Российской Федерации, в настоящее время постоянно проживает в Республике Беларусь.

Вместе с тем, П. является собственником объектов недвижимости, расположенных, в том числе, в Дзержинском районе г. Волгограда. Последнее место жительства ответчика на территории Российской Федерации по адресу: г. Волгоград, ул. И., д. 8.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд передает дело на рассмотрение другого суда, если при рассмотрении дела в данном суде выявилось, что оно было принято к производству с нарушением правил подсудности.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о передаче настоящего дела по подсудности в Центральный районный суд г. Волгограда, суд первой инстанции обоснованно указал, что настоящее дело было принято к производству Дзержинского районного суда г. Волгограда с соблюдением правил подсудности.

При этом суд апелляционной инстанции отклонил доводы частной жалобы о том, что иск к иностранному гражданину, не имеющему места жительства на территории Российской Федерации должен предъявляться на основании пункта 5 части 3 статьи 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по месту причинения вреда, указав, что применение положений пункта 5 части 3 статьи 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении настоящего гражданского дела не возможно, поскольку данная норма выполняет самостоятельную функцию и имеет своей задачей, как и положения пункта 2 части 3 статьи 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определение международной подсудности, а не конкретного суда на территории Российской Федерации при рассмотрении дел о возмещении вреда.

Принимая во внимание, что П. имеет имущество на территории Российской Федерации, а также причинил вред на территории Российской Федерации, то настоящий иск подлежит рассмотрению российским судом. Вместе с тем, вопрос о том, какой именно суд в Российской Федерации должен рассматривать настоящее дело, является предметом регулирования внутренней подсудности (глава 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), из которой не следует, что иски о возмещении имущественного вреда должны предъявляться по месту его причинения (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 3 июля 2024 года, дело №33-7093/2024).

опубликовано 19.12.2024 10:21 (МСК), изменено 25.12.2024 14:33 (МСК)