Истец обратилась в суд с иском, в котором просила лишить биологических родителей своего супруга права на выплату единовременного пособия и страховых сумм в связи с его гибелью.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что участник СВО с 2007 года являлся воспитанником социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних, затем признан ребенком, оставшимся без попечения родителей. В 2012 году он был передан в детский дом, а впоследствии на воспитание в приемную семью, где он проживал до совершеннолетия. В 2003 году его отец был осужден к 8 годам лишения свободы, мать в 2006 году осуждена к 9 годам лишения свободы.

В 2021 году истец и участник СВО вступили в зарегистрированный брак, в котором у них родился ребенок. 22 сентября 2024 года военнослужащий погиб в ходе специальной военной операции.

Выслушав участвующих лиц и исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований, поскольку отец и мать военнослужащего фактически участия в его воспитании не принимали, моральную, физическую и духовную поддержку не оказывали, меры для создания сыну условий жизни, необходимые для его развития, не принимали. При этом, родители имели возможность осуществлять общение с сыном, в том числе в период пребывания ребенка в детском доме.

Суд также отметил, что на выводы суда не влияет довод ответчика – матери о том, что она периодически встречалась и виделась с сыном в его детском возрасте, поскольку значение по делу имеет факт постоянного (приоритетного), а не эпизодического участия родителя в содержании, воспитании ребенка, которое предполагает не только временное совместное времяпрепровождение, а постоянное участие в жизни ребенка, оказание помощи в обучении, создание материальных и психологических, эмоциональных условий для нормального развития ребенка вплоть до его совершеннолетия.

Иловлинский районный суд Волгоградской области вынес решение в пользу истца, признав, что родители её супруга, погибшего в зоне проведения специальной военной операции, не имеют права на выплаты мер социальной поддержки в связи со смертью бойца, поскольку они не исполняли обязанности по содержанию и воспитанию сына.